– И ваш подручный мог говорить ей что угодно, она ни слова не знает по-русски.
– Вы уверены? – недоверчиво спросила Полина.
– Как и во множестве других вещей, – хладнокровно отозвался Видок.
– Но тогда я не понимаю, откуда…
Видок пожал плечами.
– Вы же держали шкатулку в руках. Вас попросту могли заметить, друзья мои.
Алексей чувствовал себя полным глупцом. Такое простое объяснение даже не приходило ему в голову.
– Но почему они первым делом взялись за Матвея, а не за нас? – допытывалась Полина.
– Ну да, дорогая мадемуазель, – кивнул Видок со смешком, – так оно и было. Но внезапно шкатулка исчезает. Вы стоите на виду у всех с пустыми руками и честными лицами, а сообщник ваш поспешно скрывается. Вывод напрашивается сам собой: вы передали шкатулку ему, а сами для отвода глаз остались на месте. Поймите, человек, знающий ценность содержимого шкатулки, даже вообразить себе не мог, что вы взяли да и бросили ее в кусты.
Алексей тяжело вздохнул. Благодаря острому уму Видока те маленькие противоречия и неувязки, которые подспудно терзали молодого офицера, объяснились самым простым и естественным образом.
– Что вы намерены предпринять? – спросил Каверин.
Видок поморщился."
"– Думать над всем этим. Если вы сказали мне правду и шкатулка в самом деле оказалась в кустах, то исчезнуть оттуда она могла только одним способом: кто-то ее подобрал. Ставлю сто против одного, что пресловутый «кто-то» либо гость Эпине-Брокара, либо принадлежит к его прислуге.
Алексей незаметно зевнул и прикрыл рот рукой.
– Э, вы, должно быть, порядком устали, – спохватился Видок, – а я вам тут голову морочу.
– А я? – обиженно спросила Полина.
– Гм, тут есть диван и кушетка. – Видок в некотором смущении развел руками. – Надеюсь, вы как-нибудь поделите их между собой?
Алексей ждал со стороны Полины взрыва, но, к его удивлению, барышня Серова только вздохнула, сказала «хорошо» и без всяких церемоний захватила диванчик. Алексею досталась узкая кушетка, но на ней вполне можно было вздремнуть.