Я предупредил Севу, и мы начали снижаться к ущелью, по которому и протекала река Газнируд. Радиовысотомер несколько раз напоминал об опасной отметке, которую я чуть было не пересёк в процессе маневрирования. А уж тут было где поработать органами управления!
Поворот за поворотом, один склон сменяется расщелиной, которую приходится перелетать. Внизу не было огней, практически нет ориентиров. Только чёрная бездна. За каждым камнем или в расщелине могут быть душманы.
— Курс 270. Как раз пройдём рядом с высотой 1972, — подсказал Кеша, как только мы прошли слева от горы Регубарай.
— Пошли вправо, — скомандовал я и плавно отклонил ручку управления.
Выровняв вертолёт, я заметил, что здесь уже нет той дымки, что была в самом начале маршрута. Луна хорошо освещала каменные гребни. На мгновение можно уловить из темноты извилистые тропы и утоптанные дороги. Как представлю, что сейчас кто-то из духов может вести караван на вьючных животных! И ведь обнаружить с воздуха их совершенно невозможно. К тому же местные пастухи знают эти места наизусть.
— Командир, слева… нет, не то, — пытался Кеша уловить под нами хоть какое-то движение.
Временами мне самому казалось, что я замечаю едва различимые движения. Может, это ветер гонит песок, а может и правда кто-то из духов…
Петров то и дело сверял маршрут, отмечая контрольные точки. Липкин тоже напоминал о себе, высматривая хоть какой-то огонёк в непроглядной тьме.
Парашют слегка давил на плечи, а сам я продолжал пытаться выхватить признаки караванов в долине. А их всё не было.
— Саныч, сколько ещё времени можем летать? — спросил Липкин.
— Час и десять минут. Ведомый и того меньше.
— Просто совсем ничего. Никакого костра или огонька. В кишлаках даже темнота.
— Есть ещё время… — произнёс я и тут же прервался.
Слева увидел, как что-то блеснуло между двумя горными грядами. И как раз это направление на кишлак Шангпарай.
— Влево, крен 45. Паашли! — дал я команду и начал скользить вниз к самой земле.
Разворот получился таким резким, что Сева не сразу среагировал.
— 125-й, не отставай, — сказал я в эфир.
— Иду-иду. Метров 200 от вас. Догоняю, — ответил Винокура.
Я вывел вертолёт из разворота и тут же получил порцию информации от Петра Петровича Липкина из грузовой кабины.
— Я тоже видел. Фары это. Однозначно! — с радостью в голосе сказал наш пассажир.
Не прошло и минуты, как я увидел цель. В свете луны на большой скорости двигалась колонна. Да так, что в воздух поднимались клубы пыли.