Техники уже проводили межполётный осмотр, открывая капоты двигателей. Сделав несколько шагов назад, я обвёл вертолёт взглядом. Всё же, мне известно, каким он будет по итогу через много лет. Но и сейчас внешний облик Ми-28 не имеет больших отличий от его будущих модификаций.
Оснащён высотными двигателями ТВ3–117ВМА мощностью по 2200 л. с. Выхлопные устройства стали эжекторными, а главный редуктор претерпел изменения в конструкции. А ещё винт теперь Х-образный, то есть четырёхлопастной.
— Товарищ капитан, разрешите… — подбежал ко мне оператор, с которым я только что летал по маршруту.
Это был лейтенант, попавший служить в моё звено из Саратовского училища в прошлом году.
— Давай без уставщины. Как сам себя оцениваешь? — спросил я.
Лейтенант стал зажиматься и сутулиться.
— На «хорошо».
— Это оценка. А по ошибкам? Насколько ошибся с курсом, когда вышли на первый поворотный пункт маршрута?
— На… 4 градуса?
— На 8. Ещё какие были ошибки?
— Время неправильное рассчитал выхода на конечный пункт.
— Научишься. А пока, пошли в курилку. Заодно и ошибки обсудим.
— Так вы ж не курите? — удивился лейтенант.
— И что? Я в курилку не могу зайти⁈ — посмеялись мы с ним.
Мы поблагодарили техсостав и направились со стоянки к домику эскадрильи. Я надел лыжную шапку, чтобы голову не застудить. А вот лейтенанту такой элемент гардероба пока не разрешается. Вот он и шёл рядом в шлемофоне.
— Читали «Правду»? Про американцев в Гренаде?
— Чему тут удивляться. Право сильного никто ещё не отменял, — ответил я, когда мы зашли в курилку.
Лейтенант достал пачку «Космоса» и закурил.
— Просто читаешь и не понимаешь, как они так могут. Там Гренады той меньше нашей области, а они там целый флот подогнали. Уже не говорю, что это против всех законов.
Паренёк всё верно говорит. Правители страны «флагмана демократии» любили решать проблемы с помощью большой дубины. Надуманный предлог, распиаренная в СМИ операция и не самый лучший итог.
— Вы что думаете? — спросил лейтенант.
— Мир крайне сложен. Нас с тобой учили, что все равны, везде царит закон и порядок, а мы на пути развитого социализма и перемен.
— Это вы про июньский пленум этого года? Я, кстати, конспект написал. Замкомандира по политчасти проверил, — протараторил лейтенант.
— То что конспект написал — здорово. Но я о другом. В мире не работает закон «можно-нельзя».