Уходим на Коверкот, — сказал я в эфир, отворачивая в сторону хребта Сургар.
Но моих пассажиров так и тянуло на подвиги. Видимо, не все патроны расстреляли и не всех духов победили. Кто-то начал стрелять с открытого иллюминатора, а кто-то и через хвостовой люк, где был установлен пулемёт.
Бортовой техник Бакаев в последний момент не дал кому-то открыть сдвижную дверь, чтобы стрелять и оттуда.
— Заур, а ну дай им по шее, — крикнул я бортовому технику, который уже стал кашлять от пороховых газов, наполнявших кабину экипажа.
Минуту спустя, когда к нам пристроились Ми-24, Бакаев вернулся и показал поднятый вверх большой палец.
— Все живы? Раненных нет? — спросил я.
— Жить будут. Возмущались. Мол, можно было ещё пострелять. Кстати, некоторые до сих пор отойти не могут от такого падения. Думали, что у нас что-то отказало.
— Нормально всё, — ответил я. — Макс, возьми управление.
— Принял. Управление взял, — ответил мне лётчик-штурман, и я слегка расслабился, убрав руки и ноги с органов управления.
В кабину заглянул Липкин и начал благодарить.
— Сан Саныч, такого «взлёто-падения» я ещё не видел. Ушли на тоненького, — сказал Пётр Петрович, поправляя «лифчик» на груди.
Понятно, что у парней стресс, но чутка расшевелить можно.
— Ладно. Ты скажи, пускай парашюты надевают. Сейчас в набор пойдём, всякое может случиться, — докричался я до Липкина, и тот ушёл в грузовую кабину.
На меня удивлённо посмотрел Заур.
— Командир, у нас на всех не хватает парашютов.
— Ничего, — улыбнулся я.
Не прошло и минуты, как в кабину вновь заглянул Липкин. Выражение лица у него было задумчивым.
— Сан Саныч, а как же так⁈ Парашютов всего 3, а нас 23. Как делиться?
— Значит надеть всем, кроме коммунистов. Мы вот коммунисты и нам ничего не страшно, — с серьёзным выражением лица ответил я.
Липкин собрался уже уйти, но вдруг понял наш авиационный армейский юмор. Он протянул мне руку, и я отвесил ему «пятюню».
После посадки в Шахджое, нас ещё долго не отпускали разведчики.
— Сан Саныч — высший пилотаж. На одном колесе, да ещё столько времени. У меня один вопрос — как⁈ — спросил у меня майор Липкин, когда основная часть поздравлений утихла.
— Да как⁈ «Шажочек» вверх, ручку вправо-влево. И не забывать «педальки» нажимать, — объяснил я, смотря на то, как мои подчинённые выкуривают очередную сигарету с разведчиками рядом с машинами.
— Не пойму я ваш авиационный юмор. Значит так, с нас поляна. Отказы не принимаются.