Я так же без слов пошла за ним, растерянная и взволнованная. Снег продолжал тихо падать, а я косилась на профиль Рэма, его подрагивавшие губы, и мне казалось, на них притаилась тень улыбки. Ужасно довольной улыбки. Ну кто бы сомневался, да, мужчина не будет так целовать женщину, к которой совершенно равнодушен."
"Обратный путь домой я тоже не запомнила, пребывая в каком-то тумане, даже не пытаясь разгрести сумбур в мыслях. Я поцеловала Рожнова. А потом он меня, ага, да так, что чуть разум не отшибло напрочь.
Еще немного, и я бы точно забыла, что вроде как состою ныне в отношениях с другим мужчиной, потому что телу явно было мало этого поцелуя. Знакомые тянущие ощущения внизу живота, жаркие волны, гуляющие от шеи до пяток, то и дело пресекающееся дыхание от крайне неприличных картинок, в которых фигурировал шеф, – все признаки проснувшегося желания к одному конкретному мужчине налицо, как говорится. И что мне теперь делать?! Бросать Женьку сегодня же вечером и с криком «Вася, я ваша навеки» прыгать в объятия Рэма? Тем более терять мне уже нечего, от правды не уйдешь – первая полезла с нежностями все же я, уже неважно, по какой причине.
И если бы барс меня оттолкнул, я бы очень удивилась и подумала, что у него какие-то проблемы в плане отношений с противоположным полом. Ох, думы тяжкие, как бы избавиться от вас, а?
Пока я предавалась нервным размышлениям, мы уже дошли до моего двора, в котором не так давно я застукала Женьку и Аню. Но почему-то сейчас этот факт меня особо не раздражал, не вызывал ничего, кроме легкой грусти и облегчения, а еще зрела уверенность, что так правильно.
Я пока избегала думать насчет правоты предсказаний Рады, да и вообще в сторону Рэма побаивалась даже поглядывать, не говоря уже о мыслях. Сначала я в глаза Женьке посмотрю, а потом уже буду делать выводы и принимать решения. Рэм остановился у подъезда, повернулся ко мне, и я, подняв голову и встретившись с его взглядом, невольно затаила дыхание: поцелует, нет, снова?.
. Он же лишь серьезно посмотрел на меня, коснулся широкой ладонью моей щеки и негромко произнес:
– До завтра, Ален.
После чего развернулся и ушел, скрывшись в арке. А я так и осталась стоять, хлопая ресницами и глядя ему вслед еще несколько минут. Потом поступила как настоящая женщина: возмущенно фыркнула, обозвала про себя гадом, и в завершение на моих губах поселилась мечтательная улыбка, выдававшая меня с головой.
