Рада осталась в офисе. До Ларисы доехали быстро, хозяйка встретила нас на пороге квартиры и сразу пригласила внутрь.
– Проходите, я шкатулку не трогала, чтобы не сбить там чего. – Лариса выглядела немного бледно, но вполне бодро.
Мы разделись, и Василиса сразу направилась за Ларой в спальню. Женщина подошла к шкафу, открыла и указала на нижнюю полку:
– Вот там, за бельем.
Вася присела, запустила руку и вытащила большую лаковую шкатулку, и по ее заблестевшим глазам я поняла, что ведьма уже что-то почуяла.
– Чужая энергетика, женская, и не ваша, – уверенно заявила Василиса, прикрыв глаза и водя ладонями вокруг шкатулки. – Но родственная вам. – Она посмотрела на застывшую Ларису. – Ваша сестра точно ее касалась. Может, есть какая-то ее личная вещь, чтобы я проверила?
– Д-да, чашка, она всегда из нее пьет, когда приходит, и стоит отдельно, я ею не пользуюсь, – кивнула Лариса, на ее лице появилось расстроенное выражение. – Неужели Маринка? Но за что, господи? – Всплеснув руками, она прикусила губу, чуть не плача.
Она сходила на кухню и вручила Василисе требуемое – посуда действительно необычная, в форме Эйфелевой башни, черная, сужающаяся к донышку.
– Вот, Маринка из Парижа привезла. – Лариса протянула Ваське чашку.
Василиса взяла ее, взвесила в руке, и глаза ведьмы полыхнули огнем.
– Она, – кивнула и отставила чашку, а потом и шкатулку. – Ну, теперь только кое-какие вопросы у Марины уточнить, и все, дело закрыто.
– Да, только лучше бы оно было, – глухо отозвалась женщина, обхватив себя руками. – Никогда не думала, что Маринка… Так… – Она закрыла ладонью рот и всхлипнула."
"– Тише, тише, Ларисочка, – тут же засуетилась сердобольная Василиса, встала и обняла хозяйку квартиры за плечи. – Ну вот так бывает, что родственники, к сожалению, временами жестоки.
Я и Лариса одинаково вытаращились на Василису, а Лара еще и растерянно переспросила:
– В каком положении?..
– Так ребеночек у вас будет, не знали? – радостно улыбнулась Вася, а я со стуком захлопнула отвалившуюся челюсть.