Мы неторопливо шли по улицам, вдыхая свежий, наполненный запахом приближающейся зимы воздух, и по большей части молчали, лишь иногда обмениваясь короткими репликами. Даже довольно прохладный ветер не мешал на этот раз, ведь в груди разливалось тепло, проникая в каждую клеточку, согревая изнутри и разгоняя стылый холод, норовивший пробраться под куртку.
Постепенно мы приблизились к улице, где я жила, – Рэм подвез меня до дома и там и оставил машину, дальше мы пешком ходили. Остановились у подъезда, я посмотрела на него, и всего на несколько мгновений охватила неловкость.
– Останешься?
Сердце на мгновение замерло от тревожно-сладкого предчувствия: я раньше никогда в эту квартиру никого не приглашала из мужчин.
В голубых глазах Рэма мелькнуло неподдельное удивление, пауза затягивалась, и у меня пронеслась суматошная мысль, что глупость спорола и вообще, наверное, не стоило спрашивать в лоб.
– Да, – тихо ответил он без тени улыбки, а потом нагнулся и поцеловал.
Глава 3
Где-то на улицах Питера, этим же днем
Алена ушла, а Женька все сидел на кухне, осознавая горькую истину: она ушла совсем и больше не вернется. Более того, скорее всего, теперь его пушистая лисичка будет с другим. Уже не его, поправился он про себя и невесело усмехнулся. В груди болезненно жгло, осознание приходило с трудом, и вместе с тем почему-то вместо отчаяния росла растерянность. Как так получилось, ведь хорошо все было, и вдруг практически за неделю все расстроилось? И винить того же Рожнова было бы с его стороны нечестно, он ничего не делал специально, не провоцировал их разрыв.