По тропе приближалась еще одна группа. На этот раз людей, судя по шуму, который они производили, было больше, чем у стартовой площадки, и командовала ими женщина. К тому же эта группа что-то тащила или волокла на себе. Из своего укрытия майор слышал неприятный скрипучий женский голос:
— Живее, парни, живее. Меняйтесь чаще, а то раскорячились на тропе, как бараны безмозглые.
Кто-то из парней попытался оправдаться:
— Так ни черта не видно ведь! Ты, Марта, хоть фонарь бы включила!
Тропу осветил направленный луч мощного фонаря, что было Андрею на руку.
— Тяжелый, сука, на этот раз чушок попался. В прошлый раз вдвоем легко донесли, а сейчас тяжело. Да еще груз, будь он неладен.
Женщина поторопила:
— Хорош базарить, идти осталось-то всего ничего!
Ноша, черный продолговатый мешок из плотного целлофана, перешла на другие плечи, и неизвестные продолжили путь. Андрей, не выходя на тропу, последовал за ними. Идти действительно пришлось недолго, до площадки у болота.
Женщина приказала:
— Вытаскивайте труп — и в могилу!
Ее подельники расстегнули «молнию» мешка. Вытащили из него голое тело молодого парня с привязанными к ногам двумя секциями обычной батареи отопления. Подняли вчетвером и бросили в черную жижу болота. Так вот что собой представляло открытое пространство топи. Кладбище! И, судя по вытоптанности площадки и тропы, пользовались им довольно часто.