Даже жалко становится, что за избиение⁈
А нет, вон один нарисовался громила, в стойку встал, мантию скинув. Я махнул, он заблокировал, поднырнул под второй удар серии и… выхватил от меня коленом с прыжка в лоб. Стоит замешкаться, набегают долбанные жандармы сзади. Подключаю ноги! Прямой мае–гери, чтоб остановить, боковой маваси–гери, чтоб расслабить и в бубен накидать. С разворота удары пошли, с прыжков коронные. Зубы на мрамор сыплются дождём, кровь ошмётками. У кого–то там челюсть хрустнула, поломанные носы я уже не считаю.
Опомнился, когда уже телохранитель Златославы прогремел:
— Довольно!!
Стою, отдышаться пытаюсь. На полу валяются, корчатся и стонут двадцать два мага в красных мантиях. И ещё один стоит неподалёку, не знает, куда ему деться. Собственно это всё оцепление, что здесь и было.
Музыка прекратилась. Народ уже стал расступаться, давая дорогу крупной рыжей девке в бальном платье.
— Что здесь происходит? — Спросила Златослава у своего крикнувшего мага. Тот подошёл и шепнул что–то на ушко.
"Второй хай левл с золотыми кудрями с другой стороны как раз пристроился. И все втроём направились ко мне. Делать нечего, стою, как истукан. Жду расправы.
Буквально за пять шагов, Златослава с надменным видом выходит чуть вперёд, расправив руки и тем самым тормозя своим сцепных псов, которые уже сожрали меня глазами.
Ростом чуть ниже меня, но с карданом раза в два шире. Глазища чёрные жгучие. Расфуфырилась она знатно. Даже красотка.
— А ты кто? — Спросила простенько. — Раньше я тебя не видела.
— Моё почтение, ваше высочество, — поклонился учтиво. — Я Ярослав Суслов, по титулу скромному барон.
— Так! Уймитесь! — Рявкнула вдруг Златослава на стонущих мастеров, резко став мегерой.
Уже половина поднялась, помогают тяжелораненным, которым пришлось прикусить языки. От её крика часть публики, подтягивающейся к нам ближе, вздрогнула. Из–за плеча принцессы и рожу Макса ухмыляющуюся приметил.
— А я княжна Златослава, — заговорила рыжая со мной угрожающе мило.
— Конечно, слышал, ваше высочество, — отвечаю с натянутой улыбкой. — Но даже самые красноречивые не смогли передать вашей истиной красоты. Простите за нескромность, я очарован. И прошу простить меня, что прервал ваш досуг. Так вышло, что мне нужно пройти к себе в коморку, экипироваться и убывать с госпожой Морозовой на охоту. Там снаружи какая–то злющая нечисть вылезла. У нас двадцать минут на сборы.