— Получается, дважды, — дальше поёт. — Ни за награды или какие–то блага. Ты ведь ничего не попросил. Юноша благородной крови, достойный своего рода.
— Спасибо за похвалы, но вернёмся к моему вопросу, — настаиваю.
Графиня смотрит на меня с каким–то неподдельным восторгом.
— Ты нравишься мне всё больше, Ярослав. Своей прямотой и дикой силой, — снова хвалит. — Хорошо, я поняла о ком речь. Он ещё жив, и он в Академии. Но не в группе паладинов.
— А где?
— Об этом ты узнаешь чуть позже, договорились?
Борьба взглядов окончилась не в мою пользу.
— И всё–таки, мне интересно, как ты обезвредил Сорняк, — пристаёт ко мне по дороге дальше. — А ещё, как у тебя сил хватило три сотни мертвецов изрубить простым мечом.
— Там ещё были собаки и лошадь, — добавляю с иронией.
— Ярослав.
— Отвечу сразу на второй вопрос, мертвецов убивать легче, чем людей. А я уже вылез из одной мясорубки с половцами.
— Хочешь сказать, опытный воин?
— Да. А что касается Сорняка. Вероятно, тёмный маг решил его вызвать.
— Знаешь, чем опасны его корни?
— Да, но я был аккуратен.
На такой ответ графиня явно удивилась. Но выдала, уводя в другое русло:
— Только маг сапфира может справиться с таким. Но ты же не маг сапфира.
— Нет, но я бы поучился у вас, — технично перевожу тему. — А то нам преподают какую–то ересь.
Графиня задумалась.
— Я давно не обучала никого, — призналась, вздыхая.
— Это первый шаг к дружбе, — надавил, мысленно потирая ладоши.
— Хорошо, я подумаю, когда можно организовать факультатив. Но знай, с твоим резервом, выше адепта третьего уровня мы не продвинемся.
— Неважно. Благодарю вас.
Ничего себе, как оказывается просто!
В Лекарной застали дежурную врачиху. Которая посапывала прямо на столе в первом же кабинете, куда мы и ворвались.
Увидев парня в грязных и изодранных лохмотьях, светленькая милая тётечка встрепенулась и принялась за работу.
Думал, графиня уйдёт. Ага. Смотрит, как я обнажаю торс в большой процедурной комнате. Видимо, ей надо проконтролировать, что не получил царапин от мертвяка и не заразился чем–нибудь. Вскоре наблюдаю, как у Морозовой вытягивается лицо. Да и у врачихи тоже. Мля, а я и забыл о том, что весь исписан половцами.
— Где тебя так угораздило? — Спросила графиня прямо и даже стала обходить со спины.