Наверное, если бы он обернулся, я бы не сдержалась. Но на меня смотрел демон. Смотрел почти спокойно, только Тьма вокруг него заворачивалась вихрями, билась рваным плащом, корчилась.
– Вот как, – протянул он. – Ты хорошо умеешь… притворяться.
Он шагнул ко мне, задумчиво осмотрел защитный купол, установленный Шайдером.
– Рион, не подходи к ней, – крикнул лорд Даррелл.
Арххаррион откинул его с такой силой, что Шайдер пролетел через все трапезную. Тьма жадно поползла к Шайдеру и Анташару, обвила их черными кольцами.
– Рион, не надо! – закричала я. – Отпусти! Они не виноваты. Я сама… ушла.
– Почему? – он резко повернул голову.
Я молчала, прикусив губу. Как же трудно это сказать…
– Я не люблю тебя, – надо же, голос почти не дрожит, – и никогда не полюблю. Я тебя… боюсь. А ночью… Я просто хотела, чтобы ты снял аркан!
Думала – разозлится, даже приготовилась к яростному пламени, что сожжет меня изнутри. Но нет. Ярости не было. Стало больно. Так вот как умирает душа? Маленькая птичка, что так хотела летать.
Рион кивнул, словно этих слов и ждал от меня.
– Я думал, что, если постараться, можно что-то исправить, – медленно, словно через силу, произнес он, – изменить. Ошибся… Прости, – он провел ладонью, начертил на защитном куполе руны, которые вспыхнули синим огнем, и купол сгорел.
Лорд Даррелл сквозь зубы выругался.
– Все правильно, – сказал мне Арххаррион и улыбнулся. Боги… Лучше ярость… – Я бы на твоем месте никогда не простил. Но ты другая, я надеялся, что ты сможешь.
– Забери Арху, – прошептала я.
Он поморщился. Я его снова обидела. Еще миг Рион постоял, рассматривая меня, а потом ушел. Тени замерли, расползлись по углам. Тьма таяла.
– Ветряна! – лорд Даррелл и Анташар подбежали ко мне, затормошили, пытаясь заглянуть в глаза. – Что с тобой?
– Он больше не придет, – ровно сказала я, оттолкнула их руки и ушла наверх, в свою синюю комнату. И не выходила оттуда, сколько ко мне ни стучали.
А ночью проснулась от дикой боли. Нет, не проснулась. Перенеслась. Туда, где горел лабиринт Хаоса и сквозь него шел демон, выжигая в своей сущности слияние крови. На этот раз Источник не исцелял, он сжигал Арххарриона, ревел яростным огнем, опаляя до крови кожу. Но он упрямо шел, как когда-то давно шел через красные линии пентаграммы. Ожог на ожог, пламя к пламени… Бесконечная агония, невыносимая и смертоносная…
А я шла вместе с ним.