Аларания

Расставание далось мне тяжело. Я вздыхала и чуть не плакала, когда Шайдер открывал портал для сирены и Безликого. И погода за стенами замка была под стать моему настроению: выл ветер в каминных трубах, метель заметала округу, серчала и сбивала с ног случайных путников. Злилась стужей и плакала белыми хлопьями снега.

– Ветряна, ну что ты, – улыбнулась мне Солмея, – мы ведь вернемся. Поставим портал и будем тебя навещать. Я надеюсь еще научиться чему-нибудь в твоей школе. Давно пора расширить свои знания, в Име нас почти ничему не учат.

А в мире столько всего интересного! Просто без воды мне очень плохо, – она вздохнула. – Озеро Забвения в долине почти такое же большое, как Им, и такое же теплое… Прекрасное, – ее глаза заблестели в предвкушении.

Я вспомнила, как скучала в Хаосе по Риверстейну, и кивнула с пониманием.

– Обещай, что будешь навещать меня, – вздохнула я.

– Конечно, буду! Спасибо тебе, – она вдруг порывисто меня обняла, и я удивилась.

Солмея была не склонна к таким явным проявлениям чувств.

Анташар на прощание тоже меня обнял, правда, на этот раз без всякого соблазнения. Но потом не удержался.

– Не грусти, сладкая моя, – прошептал он, – соскучишься – зови…

Я нахмурилась, а он рассмеялся.

– Да шучу я, – и погладил по голове, как маленькую. – Увы, с тобой мне ничего не светит, – лукаво проговорил он. – Свое сердце, Хранительница, ты мне никогда не подаришь.

Он сделал такое несчастное лицо, что я не выдержала и рассмеялась.

– Ан, не думаю, что тебе нужно мое сердце, – улыбнулось я.

– Да уж, я гораздо лучше обращаюсь с… другими частями тела, – усмехнулся Безликий."

"Я стукнула его по голове. Кое-кто не меняется, и меня это, кажется, радует.

***Спать я устроилась в кресле. Из вредности, наверное.

А утром проснулась… тоже в кресле. Тело затекло от неудобной позы, голова была тяжелой. Я чувствовала себя разбитой и неотдохнувшей. А еще хотелось расплакаться, наверное, от ощущения собственной глупости.

Без Анташара и Солмеи в замке стало как-то тише и темнее. Но, конечно, лишь по моим ощущениям. К тому же из Риверстейна уехал Данила, настраивать оставшиеся порталы, а с ним отправилась Ксеня, под предлогом, что «этот дурень и бестолочь не справится». Я немного грустила, осознавая, что у моей подруги на первом месте теперь не детская наша дружба, а взрослая ее любовь. И в то же время радовалась, понимая, что это правильно, так и должно быть.