Надо отдать старику справедливость: на него можно положиться. Днем ли, ночью, в ненастье ли — никогда не откажет.
Я вернулся в кухню. Грант перекатился на бок, он по-прежнему держался обеими руками за живот и тяжело дышал. Я не стал его трогать. Доктор скоро будет, а до тех пор я ничем не могу помочь. Уложить поудобнее? А может, ему удобней лежать на боку, а не на спине?
I picked up the object that had fallen out of Stiffy's coat. It was a key ring, with half a dozen keys. I couldn't imagine what need Stiffy might have for half a dozen keys.
I put them on the counter top and went back and squatted down alongside Stiffy. “I called Doc,” I told him. “He'll be here right away.”
Я подобрал металлический предмет, который выпал у Гранта из кармана. Это оказалось кольцо с полудюжиной ключей. На что ему, спрашивается, столько ключей? Может, он их таскает для пущей важности — воображает, будто они придают ему весу?
Я положил ключи на стол, вернулся к Шкалику и присел подле него на корточки.
— Я звонил доку, Грант, — сказал я. — Он сейчас приедет.
He seemed to hear me. He wheezed and sputtered for a while, then he said in a broken whisper: “I can't help no more. You are all alone. “ It didn't go as smooth as that. His words were broken up.
“What are you talking about?” I asked him, as gently as I could. “Tell me what it is.”
Шкалик, кажется, услыхал. Минуту-другую он пыхтел и захлебывался, потом выдавил из себя прерывистым шепотом:
— Больше помочь не могу.
У него это вышло далеко не так связно — какие-то клочки, обрывки слов.
— Про что это ты? — спросил я, как мог мягко. — Объясни-ка, в чем дело.
“The bomb,” he said. “The bomb. They'll want to use the bomb. You must stop them, boy.”
I had told Doc that he was babbling and now I knew I had been right.
I headed for the front door to see if Doc might be in sight and when I got there he was coming up the walk.
— Бомба, — сказал он. — Они захотят пустить в ход бомбу. Не давай им сбросить бомбу, парень.
Не зря я сказал доктору Фабиану, что Грант не говорит, а лопочет.
Я вышел к парадной двери поглядеть, не видно ли доктора, и тут он как раз показался на дорожке.
Doc went ahead of me into the kitchen and stood for a moment, looking down at Stiffy. Then he set down his bag and hunkered down and rolled Stiffy on his back.
“How are you, Stiffy?” he demanded.