Встретила меня одетая в черное платье худощавая дама в пенсне, с высокой прической и плотно поджатыми губами. Я представился и услышал ее известную фамилию, естественно, что я тогда о майоре Струве даже не слышал. Впрочем, квартиры сдавали многие обедневшие дворяне. Площади были построены под немного иной доход, с деревенек, которых не стало после реформ убитого царя.
– Я, вообще-то, предпочитаю сдавать людям семейным. Молодые люди слишком шумны для меня, – строго сказала хозяйка.
– Я пока не утвержден в должности, отправлен в отпуск для поправки здоровья после болезни.
Тут будет реклама 1
Поэтому внесу сразу всю сумму наличными за все время проживания до окончания отпуска, до первого сентября включительно. Если его императорское высочество Петр Николаевич утвердит меня начальником инженерной службы Особого комитета, после этого вы будете получать квартплату через квартирьерную службу авиаотряда. Так что отсутствие шума я могу гарантировать, мадам.
Пугать холерой я ее не стал, а она, видимо, нуждалась в деньгах немедленно, финчасть переведет деньги ей только через полтора месяца.
Тут будет реклама 2
От меня будет получать только столовые, а это совсем небольшие деньги, если все пойдет официально."
"Поэтому Кристина Павловна сменила «гнев на милость» и, слегка грассируя, пригласила меня пройти осмотреть выделяемое жилье. Очень чистенько, но это не совсем ее заслуга, у нее домработница, хорошо выглаженное белье, неплохо оборудованный кабинет, в доме есть электричество. Сам дом на семь комнат, две из которых на втором этаже, а еще одна образовывала ренессанскую люкарну[3] и располагалась выше второго этажа.
Тут будет реклама 3
Дом явно заказывал и проектировал кто-то из иноземцев, коих в Гатчине всегда хватало. Дом построен где-то во времена Екатерины II – Павла I, как многие дома в этом городе того времени. Отечественная война сильно изменила облик города. Я не уверен, что когда-либо раньше его видел. Такие строения запоминаются. Хозяйка подтвердила мою догадку, что дом строился при Екатерине архитектором Жаном-Батистом-Мишелем Валлен-Деламотом для камергера Ивана Орлова, старшего брата Григория Орлова, который после оставления службы продал его и уехал из Петербурга навсегда в Москву и Подмосковье.
Тут будет реклама 4
Через нескольких владельцев дом был куплен академиком Струве, родоначальником русской ветви этого семейства. Но годовой налог на это строение составлял более 400 рублей в год, поэтому приходилось его сдавать семьям обер-и штаб-офицеров, за которых расплачивалось казначейство.
