И пришлось телефонировать в Петроград Александру Михайловичу, затем бросать всех своих людей на строительство ветки на станции Арламов, где и были установлены все 18 вагонов завода, включая вагоны снабжения. С таким командованием победить было невозможно. Они сами готовили для себя тот путь, по которому пройдут в семнадцатом. Через три недели активных боевых вылетов фронт стабилизировался в 78–128 километрах от Перемышля, но к этому моменту главные события происходили уже не здесь, а под Варшавой.
Тут будет реклама 1
Девятая армия немцев, поняв, что прорваться к Перемышлю ей не удастся, повернула на северо-восток и устремилась на Сандомир и Ивангород. Оставив здесь три эскадрильи, мы получили приказ на передислокацию под Варшаву. Но я поехал в Петроград, с тем, чтобы больше не контактировать с представителями доблестной русской армии, ибо замучили меня различного рода проверками по самое «не хочу». К тому же на танки выставили настолько смешную цену, что производить их стало совершенно не выгодно.
Тут будет реклама 2
Их производство застыло без оплаты. Золотой дождь иссяк, в Сенате и Госдуме проголосовали за роспуск Особого комитета для экономии средств военного бюджета. Я остался без должности и без оклада, а воевать за собственные деньги я не рвался. Князь Александр попытался оставить меня начальником инженерной службы, но Николай мою кандидатуру отверг.
– Не умеет себя вести в присутствии царствующих особ.
Извлекли мою бумажку с просьбой об отставке и отправили меня в нее, без права ношения формы.
Тут будет реклама 3
Выслуга лет не позволяла мне надеяться на адмиральскую пенсию. Но разорить меня было достаточно сложно, деньги были. Тут же проявились «союзники» с многочисленными просьбами продать то один патент, то другой, поступали предложения и по организации производства самолетов СКМ, И1-М и И-2м по нашей лицензии за границей. А в ноябре, когда все фронты встали, у англичан и французов начались сложности с немецкой авиацией.
Тут будет реклама 4
Глава 12. Заказчики революции волнуются!
7 ноября (по старому стилю) к моему столику подошел другой официант ресторана «Англетер» и передал мне записку. Действовать мне приходилось тогда на экономическом фронте, где дела шли не слишком хорошо, поэтому я перебрался на Исаакиевскую площадь, поближе к зданию телеграфа, сняв квартиру на Мойке в доходном доме. Ужинал обычно в этом ресторанчике за этим столиком.
