Однако аномалия продолжала дрейфовать в сторону противника.
— Хм… этого недостаточно, — пробормотал он.
— Проклятье! Ноколос же слабее тебя! Он Свидетель, а ты — Глас! — возмутилась Мирам.
— Не мы устанавливаем правила, — спокойно ответил Алекс. — Если за тобой стоят миллиарды, значит ты более достойный.
— Надо было тащить сюда весь отряд.
— Ну да, и как бы я их всех защитил?
— Как и раньше! — парировала Мирам.
— Не факт, что нам бы дали достаточно энергии…
В этот момент аномалия ускорилась и резким прыжком оказалась возле Ноколоса.
«Он не собирался отпускать армию! Адепты нужны ему как топливо для окончания трансформации, — мельком подумал Алекс. — Все! Время вышло! Пора рисковать…»
Перед ним появилось море капель Крови Бесформенного. Повинуясь мысленному приказу, они распались, а энергия хлынула в центр груди. Туда, где находились врата.
Кровь была символом изменений и, вообще-то, Алекс уже использовал ее против ловушки, но безуспешно. Однако тогда он пытался изменить ловушку, но сейчас Кровь, как игла, ударила в случайно выбранные врата. Параллельно с ударом огонь начал их лечить, иначе врата просто разрушились бы…
Сражение между двумя конкурентами за аномалию не прекратилось, но каждый сосредоточился на себе. Однако глаза одного сияли от восторга и предвкушения — он почти добился своего — другой же сжал зубы и, с точки зрения постороннего наблюдателя, пытался себя покалечить и вообще сильно отстал.
Мирам что-то говорила, но Алекс не отвечал. Это была не та ситуация, когда можно было отвлечься. Вместо разговоров он разрушал свои врата Кровью. Причем сознательно! Да, это не была чистая Бесформенность, но это не означало, что операция безопасна. Наоборот, Бесформенность просто травила и ослабляла, и это можно было пережить, а что с вратами сделает Кровь, особенно в таких количествах, не говорилось ни в одной инструкции.
При этом нельзя было забывать, что поток-то никуда не делся и по-прежнему сжигал плоть. А энергетическая конструкция, которую Алекс подглядел у Ноколоса и пытался вырастить, толком не работала. И понятно почему — ей требовалось аномалия для завершения трансформации. Вот тогда, может быть, что-то произойдет. Но до этого момента требовалось дожить.