В коридоре послышался шум, торопливые шаги. Дверь распахнулась, в кабинет ворвалась Власта.
— Вы уже знаете?.. — сразу выпалила она.
Елена молча кивнула и медленно опустилась на диван. На ее глазах выступили слезы.
— Почему?! Ну почему так происходит?! — причитала молодая медсестра, впервые выплескивая наружу свое несмелое чувство к Михаилу Гусенко.
Золотухин подошел к ней, обнял. Она уткнулась в его плечо.
— Не надо. Успокойся, — приговаривал он, поглаживая ее волосы. — Еще ничего толком не известно. Не следует хоронить людей раньше времени.
Члены экипажа Доглина, изрядно встревоженные докладом Карбанова об обстреле, во все глаза смотрели вниз и пытались отыскать вертолет товарищей. Однако заметить его им удалось, лишь когда вспыхнула посадочная фара, разом осветившая огромную площадь джунглей.
Пару недель назад Доглин выполнял дневной рейс в район Рамира. Он хорошо помнил, что левее этого места имелось нечто, отдаленно похожее на просеку.
— Сто четырнадцатый, возьми немного левее. Там что-то похожее на просеку! — подсказал по радио Александр.
— Да-да, ищем, — ответил майор.
— Им сейчас не до разговоров, — посетовал Гена Рыбин.
С большой высоты, на которой в данный момент находился борт 27-120, вертолет, терпящий бедствие, был виден плохо. Только небольшой темный контур на фоне быстро перемещавшегося пятна света.
— Вроде забирает влево, — проговорил прапорщик Нудин.
— Да, похоже на то.
Фара освещала джунгли недолго, всего секунд двадцать или тридцать. Она погасла так же неожиданно, как и вспыхнула.
— Кажется, они присели, — сказал Нудин. — Может, пройдемся над ними, посмотрим?
— Сдурел? — недовольно проворчал Доглин, переводя машину на снижение. — Хочешь воткнуться в лес рядом с ними?
— Что предлагаешь? — спросил Геннадий.
— Сейчас зайдем на площадку с другой стороны, быстро разгрузимся и что-нибудь придумаем.
Пока высота была приличной, капитан связался с базой и обстоятельно доложил о происшествии в районе города Рамир. Затем он бросил шаг-газ вниз, заставил вертолет снижаться с максимальной вертикальной скоростью.
За это время он на пару с «Маком» периодически вызывал по радио Карбанова. Но тот молчал.
— «Мак», что у вас на площадке с ветром? — спросил Доглин, желая построить глиссаду с противоположным курсом.
— Сто двадцатый, ветра почти нет, — ответил советник.