— Не захотела.
— Аврора.
Она фыркает, на мгновение зажмуривая глаза.
— Пожалуйста, не произноси так моё имя. Это само по себе ужасный грех.
— Скажи мне, почему ты не пошла на экзамен.
— Потому что в твоей старой школе было полно придурков, — огрызается она в ответ, вскакивая на ноги и поворачиваясь обратно к приборной панели."
"Я провожу языком по своим зубам. Верно, да. Как я мог забыть — она переспала с половиной Академии, если верить тем маленьким засранцам за игрой в покер. Горечь и ярость обрушились на меня, как удар под дых.
Вместо этого я набираю полную грудь воздуха и смотрю на дождь через окно ангара. Это не мое дело. И мне действительно не нужна ещё одна причина, чтобы злиться. Боковым зрением я вижу, как Рори наклоняется, чтобы проверить указатель высоты.
Мой взгляд опускается на подол ее юбки, которая теперь задралась до самой задницы, открывая фиолетовые и красные следы на ее попы.
Издав негромкий стон, я хватаю ручку, лежащую на подставке, и использую кончик, чтобы задрать ее юбку и увидеть трусики.
Она замирает.
— Что ты делаешь?
Мои глаза закрываются.
— На тебе те же трусики, что были на Хэллоуин, — чувствуя, как пульсирует мой член, я просовываю ручку под тонкую розовую ткань и осторожно отодвигаю их в сторону. — Знаешь, кажется, у меня где-то есть подходящий бюстгальтер, — сухо говорю я.
— Э-э, да. Могу я, эм, получить его обратно?
— Нет, это напоминание.
— О чем? — хрипло шепчет она.
— О том времени, когда я чуть не трахнул самую горячую девушку, которую когда-либо встречал.
Я провожу кончиком ручки между ее половых губ, нежно раздвигая их. Она издает этот неотразимый маленький придыхательный звук, который мгновенно отзывается на моем члене. Черт возьми, я бы все отдал, чтобы этот звук звучал в моем чертовом ухе, пока я трахал ее.
— Раздвинь ноги немного шире, Аврора, — бормочу я, мой голос пропитан похотью.
Как хорошая девочка, она делает то, что ей говорят, ее руки дрожат, когда они поддерживают ее на приборной панели.