К своим тоже пока не суйся. Есть где пересидеть?
– С бабками найду место, – агент сунул деньги в карман.
– Давай! – Лис бросил взгляд на часы. В нем включился мощный мотор, мозг прокладывал маршрут к намеченной цели. Он уже был далеко от пустыря у речного порта и от Лешего.
– Подвезти тебя куда-нибудь? – из вежливости спросил опер. Курирующий офицер должен заботиться о своем агенте.
– Нет. Сам доберусь.
Леший открыл дверь.
– Так спокойней.
– Тогда звони мне дважды в день. Утром и вечером.
Дверца захлопнулась, может быть, с большей силой, чем следовало.
Тут будет реклама 1
Взревел форсированный движок – цилиндры растачивали в гараже у Лакировщика. «Волга» развернулась и мощно поперла вверх по крутому склону.
Глава третья.
ФЕНОМЕН УБИЙСТВА
Как сообщает агентство Рейтер, в селении в окрестностях Дакки во время пожара погиб старейший житель Бангладеш Нилиян Биби. Ему было сто двадцать лет. Полиция полагает, что дом подожгли соседи из-за земельного спора.
«Известия» от 20.12.87
Убийством в наше время никого не удивишь.
Тут будет реклама 2
Из чрезвычайного события оно как-то незаметно стало обыденным элементом повседневной жизни. Ничего странного, если учесть, что с 1986 года число этих злодеяний выросло вдвое, а их дерзость и цинизм – в неопределенное количество раз.
Десять лет назад основную массу составляли так называемые «бытовухи». То муж из ревности зарубит жену, то в пьяном умопомрачении сосед зарежет соседа, то, опять-таки в алкогольном бешенстве, собутыльники затопчут утаившего тридцать копеек кореша.
Тут будет реклама 3
Почти все преступления были непредумышленными и, как правило, лишены корыстного мотива. Для того чтобы оборвать непрочную ниточку человеческой жизни, использовались преимущественно подручные предметы: кухонный нож, стамеска, пестик от ступки, мясорубка, железный совок, арматурный прут, отрезок веревки, бутылка... Изредка в ход шло охотничье ружье, еще реже – обрез или примитивный самопал. Черное дело вершилось тайком, в безлюдном месте, без свидетелей, а если вдруг появлялся участковый, то виновный мгновенно трезвел и без боя сдавался представителю власти.
Тут будет реклама 4
Нравы в те времена еще не были испорчены тлетворным влиянием криминального лобби и Совета Европы, поэтому общественное мнение совершенно справедливо требовало воздать душегубу по делам его, а судьи, как и надлежит, прислушивались к гласу народа и отправляли каждого десятого в сырой подвал «точки исполнения».
Теперь все по-другому.
