"
"Не успел его тощий зад нагреть шершавое сиденье из выщербленных реек, как с площади свернул «Мерседес» с изогнутыми, как японские глаза, фарами. Немцы взяли реванш – «мерины» и «бэхи» разгромили весь отечественный автопром. Фары мигнули ослепительно-белым ксеноновым светом. Клоп поднялся навстречу. Темное стекло плавно поползло вниз, открывая наглую физиономию Земы.
– Здорово, – буркнул он и высунул руку со свертком.
– Это бабло Спеца. Ключи забрал, пакет отдал, мне на трубу позвонил. Свою долю после дела получишь!
Стекло начало подниматься.
– Постой! А пушка? Мы же договаривались…
– Обойдешься. Мне мокрухи не нужны. Тут работа чистая, кого валить?
Окно закрылось. «Мерседес» рванул с места, оставив в стылом воздухе невесомое облако выхлопных газов. Клоп проводил взглядом удаляющиеся огоньки. Чем меньше они становились, тем острее чувствовалась какая-то неправильность происходящего. Что-то было не так. Пушка! По большому счету, она ему и не нужна, но они договорились! А оговоренные условия «дела» на ходу не меняются! Запах говна усилился.
Он взвесил на руке увесистый сверток. Пока что все «дело» сводилось к скользким гнилым словам. И вот единственное, что их подтверждает. Если подтверждает! Клоп осмотрелся и нырнул в приоткрытую дверь старой четырехэтажки. Подсветил себе телефоном. Белый полиэтиленовый пакет, завернутые края прихвачены скотчем. Лезвием, с которым никогда не расставался, Клоп подцепил уголок, отклеил липкую ленту, вытащил второй пакет, из плотной почтовой бумаги, грубо перехваченной шпагатом.
Кукла! Ни хера себе! Грубо нарезанная бумага, даже не замаскированная, как обычно, настоящими купюрами! Лоховская разводка! Вот попал, так попал!
Несмотря на ощутимую прохладу, у Клопа взмокрел лоб, и он смахнул пот рукавом.
От злости и безысходности Клоп глухо зарычал.
«Все, на хер, я соскакиваю!»
Не попадая пальцами в кнопки, он кое-как набрал номер Земы.