Часть меня навсегда осталась рядом с Ариэль и двумя хорошенькими Апельсинками. Мысли о них занимали все свободное время."
"Впрочем, последнего оставалось крайне мало.
Я работал как проклятый, наверстывая упущенное время. Старался делать все по максимуму, чтобы в пятницу вечером сорваться и уехать из города. Домой я приходил без сил, порой покачиваясь от усталости. Вот только сразу залечь на диван и отрубиться не получалось. Бабайка требовал к себе внимания. Утром его выгуливал нанятый мальчишка сосед, но вечерний променад оставался на мне.
Жилье у меня просторное. Обставленное по последнему слову техники. Вот только Бабайке на эти новшества глубоко плевать. Свободолюбивый пес скучал не меньше меня. Иногда на прогулке он оборачивался, как будто искал кого-то взглядом. Я мог лишь предполагать, кого именно.
— Васи и Клары здесь нет, — приходилось напоминать ему. И себе.
Как будто поняв, Бабайка замахал хвостом и радостно взвизгнул.
А когда мы вернулись в квартиру, клянусь, начал собирать вещи. Сложил в угол миску, резиновую игрушку в виде тушки курицы, мячик и зачем-то мои тапки.
— Да ты схватываешь все на лету, парень, — похвалил я, потрепав лохматую башку. — Жаль, тебя нельзя взять в ассистенты, мы бы сработались.
Я не врал Ариэль, когда говорил, что хорошие врачи и медсестры на вес золота. Сегодня проводили сложнейшую пересадку стволовых клеток, но ошибка моего ассистента чуть не стоила маленькому пациенту жизни. Хорошо, что удалось вовремя предотвратить трагедию. Теперь остается только ждать. Малыш пробудет в клинике до тех пор, пока пересаженные стволовые клетки не выработают достаточное количество белых кровяных телец для защиты от инфекций.
Ожидание — всегда самое трудное.
И для пациентов, и для врачей, и особенно для родителей. С последними работают наши опытные психологи, стараясь сократить стрессы до минимума.
После таких операций дети выписываются из больницы примерно через месяц, и каждый раз для всех нас это праздник. То, что еще одному малышу стало лучше. Конечно, всегда есть риск рецидива, но мы стараемся верить в лучшее.
Сейчас, вспоминая утомленные, но полные надежды лица родителей, я понимаю их еще больше.