Теперь, когда я привлекла внимание так же и ректора, мне кажется, что каждый составил обо мне определенное мнение.
Какое именно, лучше мне не думать.
Наконец дохожу до конца коридора и проскальзываю в огромное светлое помещение. На мгновение теряюсь. Не сразу понимаю попала ли я в туалет, или в гостиную. Сбивает с толка роскошный диван и кресла, которые стоят по середине и круглый стол с огромным букетом цветов. Розы благоухают свежестью, и я торможу, осматриваю коричневый мраморный пол с золотыми прожилками, поворачиваю голову по сторонам и выдыхаю, когда на противоположной стене подмечаю в ряд выстроенные умывальники и зеркала.
Эта уборная по своим габаритам больше нашей квартиры в моем родном городе. Быстро иду к одному из умывальников и шлепаю рюкзак на мраморную столешницу. Открываю воду и умываю лицо.
Холодная вода успокаивает, а когда поднимаю голову, то вижу свое отражение. Глаза горят, волосы блестят и кожа бледная, но на щеках мягкий румянец.
Морально, душевно и физически мне плохо, но беременность и вправду заставляет меня расцветать. Поразительно просто.
Может поэтому в моей жизни неожиданно возникли ухажеры, которых отродясь не было. Стоило только семени Ставрова дать ростки, как появились желающие.
— Что же тебе делать, Алина? — задаю вопрос своему отражению."
"Пока смотрю в свои светлые глаза интуиция кричит, что нужно пойти к отцу моего ребенка и рассказать правду. Я в западне. В университете узнают про мою беременность.
— Не меняй шило на мыло, — проговариваю в слух.
В мозгу вырисовываются возможные варианты развития событий. Скажем, я расскажу декану, и он женится на мне, зная, что ребенок не его. Вариант фантастический, но чего в мире не бывает. Но это то, за что я обвиняла Диану.
Решать вопрос через ребенка. Никогда не пойду на такое. Претит.
Тем более декан темная лошадка.
Ставров не последний человек даже не в городе, а в стране. У него много недругом, многие хотят выслужится и что, если декан сдаст меня олигарху.
Что он сделает? Пошлет меня на аборт, или заставит выносить и отдать ребенка?
Про то, что он с распростертыми руками примет меня с ребенком я как-то не верю. Не после того, что я услышала.