Подрагивающие руки пришлось сцепить в замок, чтобы не падали плетьми вниз.
– О, боги, ну зачем вы так со мной? - Уткнулась лицом в колени Хелен, наверняка портя слезами ткань и без того пострадавшей академической формы.
Но даже на рыдание не было сил. Холодная пустота расползалась внутри. Озноб сковал плечи, шею, переползал на руки. Кажется, теплая накидка осталась где-то там...
Хелен не знала, сколько она так просидела. И что теперь делать.
""Это конец!"" – только одна мысль билась в голове.
В какой-то момент поняла, что ее осторожно трясут за плечо.
– Студентка Бальмануг! Бальмануг, грых меня подери! Ты слышишь? Ты... как? Лекари сейчас будут.
Девушка подняла голову от колен, вновь щурясь от яркого света. Припухшие от слез глаза мешали рассмотреть встревоженного мастера Дор'оэнеса, что присел рядом с ней на корточки и сейчас заглядывал ей в лицо.
– Бальмануг! – С долей облегчения выдохнул боевик. – Ты это... всё обойдется! Слышишь? Держись!
Он спохватился, скинул с себя плотный синий мундир, накинул на плечи девушки, пытаясь не то укутать ее, не то прикрыть, при этом не наклоняясь к ней близко.
– Мастер! – едва слышно выдохнула Хелен. - Я... кажется, человека убила.
Рука Дор'оэнеса дрогнула, но лишь на миг, он сразу продолжил поправлять края своего широченного мундира на девушке.
– Ну, это... бывает, – спокойно ответил здоровенный мужчина, оставшийся в светлой рубашке, чье яркое пятно теперь било по уставшим глазам девушки.
А потом напрягся:
– Магией убила? Где твои браслеты?
Хелен с удивлением глянула на свои подрагивающие руки, что лежали на коленях и были видны из-под синего преподавательского пиджака. На тонких запястьях с покрасневшей после чужих хваток кожей не было ограничителей.
– Не знаю где, - растерянно протянула она. - Нет, табуреткой.
– Чего?!"
"– Табуреткой била вроде бы, - устало повторила девушка, опять закрывая глаза и откидываясь спиной к стене. В плотном мундире уже не так холодно плечам, но ледяная глыба сидела где-то внутри. - Там... была. Но она сразу разбилась о его голову. Потом ножкой добивала.
– Кхе... – донеслось до Хелен прежде, чем она отключилась."