Надели всё это на меня под бдительными взглядами Агафьи и Антонии, и даже Софья Людвиговна пришла посмотреть.
Тафта цвета слоновой кости струилась до пола, кружево оттеняло её, а букет тканевых цветов, приколотый на лиф слева, оживлял строгий силуэт. Я попробовала двигаться — вроде, получается. Села — о да, только на самый краешек стула, корсет не позволит опереться на спинку. Ничего, справлюсь.
— Антония, причешешь завтра Ольгу Дмитриевну? — спросила хозяйка.
— Конечно, — кивнула та.
На том и порешили. Я ещё раз глянула в зеркало, осталась довольна, и поблагодарила всех — Татьяну Ивановну за работу, а хозяйку за такое полезное знакомство и за содействие.
12. Собираемся на бал
12. Собираемся на бал
Наутро, в день бала, жизнь началась, как обычно — ранний подъём, завтрак, традиционные дела. Чтение газет, ответы на два письма, причём одно — не деловое, а от какой-то приятельницы Софьи Людвиговны из Москвы, которая сообщала новости ещё о некоторых общих знакомых, и интересовалась, как у неё дела.
Собираться на бал стали после дневного хозяйского сна. Правда, я к тому моменту уже вымыла и высушила голову, и соображала, насколько плохо буду выглядеть без единого украшения — потому что у меня не было даже простенькой пары серёг. Ну что поделать, как есть. Заработаю — куплю.
Антония вошла без стука и поинтересовалась, готова ли я причёсываться. Я была готова, и пошла с ней в комнату, именуемую в доме «дамской» — там хранились всяческие наряды и украшения Софьи Людвиговны, и стоял туалетный столик с большим зеркалом. Вот перед тем зеркалом меня и усадили, и Антония принялась укладывать мои волосы. Вообще мне, конечно, грех жаловаться, волосы у меня не самые плохие, но уложить их не так-то просто, однако, для Антонии ничего сложного как будто не было.
Дальше пошли одевать меня в платье.