В ту уже проникла какая-то тварь и сейчас девушка натужно кашляла на полу.
Вдруг кашель прервался и послышался хриплый голос:
— Ты… Ты снова вернулся, — после этого раздался безудержный хохот девушки. — Время платить по счетам!
Смейся, смейся. Сейчас я покажу тебе, где твоё место.
Взял в руки шлем и надел его на голову. Мгновение и во всём теле лёгкость и пустота одновременно. Я не чувствую тяжести своего тела или потоков энергии. Мне и не нужно их ощущать. Потому что я и есть энергия. Я часть того, что объединяет всю вселенную.
Холод всё ещё чувствуется, но не воспринимается мной, как что-то отвлекающее, скорее, как данность.
Я вновь чувствую себя прежним. Таким, какой был до ритуала развоплощения. Тогда не только я стал сильнее, но и доспех. Если быть точнее — он поглощал мою силу и рос со мной.
Потянулся к мечу, и он сам, радостно полыхнув жёлтыми рунами, притянулся к моей руке.
Я повернулся к хранительнице. И тварь, сидящая в ней, медленно поднялась. Девушка всё также светилась золотым светом, а крылья торчали из-за её спины.
Ворота постепенно открывались и первый удар нанёс мой враг. Тело хранительницы резко выставило руку вперёд, позади неё появилась громадная, метра три, золотая печать и из неё, с огромной скоростью начали вылетать огненные стрелы.
Я приподнял меч и опустил его вниз, ударяя по «полу». Передо мной появился жёлтый щит. Стрелы влетали в него, но не наносили никакого вреда.
Девушка взмахнула руками и стрелы сменились восемью пламенными цепями золотого цвета.
Из врат послышался дикий рёв и из Хаоса вырвалось множество щупалец. Они устремились в мою сторону.
— Повторяешься, — раздался мой глухой голос эхом в пустоте.
Я взмахнул мечом и потоком воздуха отправил их обратно за врата.
Тело хранительницы изогнулась, и она вскрикнула. Позади неё стали появляться всё новые и новые печати.
Они одновременно вспыхнули, разражаясь белыми молниями.
— Слабо. Слишком слабо.
Я вновь ударил мечом о «пол», и вся атака девушки разбилась о щит.
Пока тварь Хаоса полностью не вырвалась из Врат — она практически беспомощна и не может использовать всю свою силу. Другое дело — за вратами Хаоса. Там она вполне может разгуляться.
Раздался ещё один рёв и громадная костяная рука прошла сквозь наполовину открывшиеся врата.