Тогда она обратилась к мужу, пожаловалась на тяжелое финансовое положение, а тот ответил: «Как только мерзавец покинет Москву и ты прекратишь с ним общаться, сможешь вернуться домой и жить по-прежнему».
Хамид снова перевел дух и заговорил. Я молча слушала ювелира.
…Сестра Марианны оказалась в глубокой яме, продать ей, кроме квартиры, было нечего. Слава богу, она не совершила этой глупости, иначе бы стала бомжихой. И вдруг она успокоилась, перестала жаловаться на звонки из банков, повеселела и похвасталась родственникам:
– Малик нашел очень хорошо оплачиваемую работу.
Марианна наконец-то перестала плакать и пачками глотать успокоительные таблетки. А вот Хамиду почему-то стало тревожно. Но он решил ничего не говорить жене о своих ощущениях.
Некоторое время ювелир жил более или менее спокойно. Хотя чувствовал: что-то тут не так. Ведь когда все затихает? Правильно, перед бурей.
Буря грянула в начале весны, и сперва Хамид не понял, что она подлетела к его дому. В марте Марианна попросила его сделать по фотографии копию очень дорогого кольца.
Готовое изделия Хамид вручил супруге и забыл об этом. Представьте его удивление, когда в конце апреля он, купив ежедневную газету «Сплетник», увидел в ней фото того самого перстня (то ли настоящего, то ли копии, по снимку не разобрать) и статью, повествующую о фонде «Жизнь заново», Насте Гвоздевой и краже.
Хамид потребовал от жены объяснений.
"Оказывается, Малик в очередной раз влип в неприятность – затеял роман с девятиклассницей Светой. Девочка, воспользовавшись тем, что родители укатили на дачу, позвала его в гости, парочка весело развлекалась в постели. А потом парень, хорошенько выпив, решил сделать клубнику фламбэ.