Решетки – стандартные, судя по положению звезд – я прищурилась, изучая созвездия – окна выходят на запад, до земли – далеко. Пахло землей, водой и ночными цветами, влажные запахи наполняли воздух – снизу сад.
Искать следилки в комнате и запускать плетения – рано, я и так была уверена, что они есть. Рейна редко что пускала на самотек на своей территории. Поэтому я делала то, что и положено любопытной сире, оказавшейся в новом месте – изучала территорию.
Любимые сладости на столе – они не поленились узнать, что я люблю; вещи, развешанные за ажурной ширмой – больше десятка комплектов на все случаи – точно моего размера;украшения – сразу три шкатулки, приоткрытые так, что пара золотых цепочек соблазнительно выглядывали наружу – прошлый раз шкатулок было две.
Я загребла пальцами горсть и подбросила в воздух – лепестки спланировали вниз, создавая новый цветочный рисунок.
С лепестками они переборщили."
"Дернула покрывало за два угла – края взлетели, как крылья птицы, сбросив на ковер бесполезный цветочный мусор. Села на тахту и приготовилась ждать.
Прошлый раз старуха позвала меня на второй ночной колокол – терпение это добродетель для любого Высшего, и особенно для юных леди.
Но в этот раз стук в дверь – легкий и деликатный, раздался спустя десять мгновений – вздрогнули бусины штор на входе, и в комнату, почтительно склонившись, вошла Лейла – одна из приближенных личных служанок хозяйки гарема.
– Леди, пусть ночь будет ясной, а день благословен Немесом. Госпожа просит вас почтить своим присутствием чайный зал...
Глава 16.
Лейла двигалась текуче. Легко ступая по коврам так, что не оставалось следов от маленьких ножек. Мягко покачивались бедра, нежно звенели бусины подвесок на поясе. Я шла следом, заворожено следя, как камешки, легко стукаясь, смещаются вправо-влево, вправо-влево. Свет в коридорах приглушили — пряно пахло ночными цветами, тонкие белые занавески на окнах лениво колыхались.
Лейла — вела. Подвески – звенели. Теплый ветер шевелил пряди у виска.