Вот только сил на это совсем нет…
Я чувствую себя ужасно измождённой. Не хочу звонить ни бабушке, ни Марине. Кажется, если я сейчас усну, то, когда проснусь, Давид будет рядом, и весь этот кошмар исчезнет подобно ночному сумраку на рассвете. Как бы мне этого хотелось! Вернуться в прошлое и навсегда остаться жить в Сочи. Мы с Давидом могли бы снять недорогую квартиру, могли бы жить и ни о чём не переживать!
Мне никогда не были нужны его деньги. Всю жизнь я довольствовалась малым, и моё отношение к Давиду никогда не базировалось на толщине его кошелька.
Опустошённо опускаюсь на кровать. Совершенно не представляю, что мне делать дальше! Как помочь ему? Не могу даже представить, каково ему там… в тюрьме… Давид, ведь, всегда помогал мне! Спас бабушку от верной смерти! Я тоже должна хоть как-то помочь ему… что-то придумать! Вот только что?!"
"В этот момент мои мысли прерывает доносящийся из коридора негромкий звук открывающейся двери.
Силы молниеносно прибавляются, словно мне по венам пустили чистый энергетик! Подскакиваю на ноги и спешу в коридор!
Быстро подбегаю к двери и уже сама распахиваю её, радостно улыбаясь! Готовая броситься в объятия любимого, и…
Однако моя улыбка застывает на лице фарфоровой маской.
Передо мной стоит вовсе не Давид…
Это Эльвира…
Отступаю на шаг назад, когда жена Давида бесцеремонно проходит в квартиру.
Она бросает на меня испепеляющий взгляд и снимает пальто.
- Вы… - шепчу еле слышно. – Вы что тут делаете…
Эльвира небрежно бросает в меня своё пальто.
- В шкаф повесь.
Машинально ловлю его и вешаю себе на руку. Совершенно теряюсь, не зная, что сказать или сделать дальше.
Подняв высоко голову, Эльвира проходит в гостиную. Она выразительно смотрит на наши чемоданы, а потом располагается на диване.
- Ну? – вопросительно изгибает бровь.
- Что? – во рту сушит, и я с трудом ворочаю языком.
- Дуру из себя не строй! Я не мой муж, таким как ты не верю! - отрезает Эля.