Руки дрожат, когда пытаюсь развязать пояс на его халате. Звоночки в голове оповещают, что я совершаю ошибку. Разум требует остановиться и одуматься. А ещё лучше — оттолкнуть мужчину и закрыться в ванной комнате. Там безопасно. Там нет этого дурмана, который шлейфом тянется за Даниилом.
Ты сошла с ума, Решетникова. Это ведь Кравцов. Одумайся! Не падай ещё ниже!
Даня возвращается к моим губам. Дразнит. Ласкает. Обещает больше. И вдруг я начинаю чувствовать дурноту, что подбирается к горлу. Пытаюсь не обращать на это внимания, но понимаю, что меня накрывает.
— Меня сейчас вырвет. Не входи! — кричу на ходу, с силой захлопывая за собой дверь, и падаю на колени перед унитазом.
Ну, здравствуй, токсикоз! Как же ты вовремя. Спас меня от очередной ошибки.
— Мил, все хорошо? — стучит в дверь мужчина. Я сдавленно стону, из глаз брызгают слёзы. Отличное завершение вечера.
Глава 19
Утром я просыпаюсь в постели одна.
— О черт! Какой позор, — стону я и накрываюсь одеялом с головой.
Что там мне вчера сказал Даня, после того как помог снять платье, залезть в ванну и привести себя в порядок?
— Когда целуешь собственную жену, то уж никак не ожидаешь того, что ее стошнит от тебя. Похоже, ты и в самом деле не перевариваешь меня, Решетникова, — грустно улыбнулся он, пряча руки в карманы и, судя по всему, не собираясь покидать ванную комнату.
Он был разочарован, что не получил большего, чем просто поцелуи, я же радовалась. Потому что кто знает, чем бы все закончилось этой ночью?
— Это просто токсикоз. У всех нормальных женщин он по утрам, а мне всю неделю становится плохо по вечерам. Могу поспорить, это из-за того, что ребенок твой, — проворчала я, красноречиво взглянув на Даню."
"Потом мы лежали в одной постели, и я даже не сопротивлялась, когда Кравцов обнял меня и притянул к себе, а потом начал медленно поглаживать пальцами мой живот.
А потом я уснула. И вот на часах уже десять утра, а Дани в номере нет.
Вспоминаю, что он должен был улететь сегодня.