На полу между ними лежала разбитая фарфоровая кукла.
— Арина, ты как себе ведешь? — строго спросил Анвэйм и подошел ближе.
Дочь под взглядом отца смутилась и отвернулась. У неё только начался переходный возраст — фигура ребенка, но гормоны уже начали играть в ней, что выплескивалось в неожиданный вспышке то гнева, то радости.
— Арина? — строже произнес его светлость.
— Простите, — выдавила наследница и вскинула подбородок, смотря на правителя темных. — Но я уже говорила, что давно не ребенок! Не нужны мне эти куклы.
Не дав больше ничего сказать, она развернулась и бросилась бежать по коридору. Арей заплакал, и я забрала ребенка на руки, пытаясь успокоить, но все еще с беспокойством глядя вслед старшей дочери. Посмотрела на напольные часы. Ровно десять минут ей нужно на то, чтобы успокоиться. После этого можно и поговорить.
Аир присел на корточки и отбросил кусочек фарфорового лица куклы, после чего магией склеил все обратно.
— Я передам ей, — произнесла я виновато. — Прости, у неё сейчас не самый лучшие период.
— Ничего страшного, — ответил Хассаир задумчиво, но куклу не отдал. — Раз она ей не нужна, то пусть останется у меня. — Переключив взгляд на нашего с Анвэймом сына, правитель темных улыбнулся. Кукла скрылась в темном портале, а на смену ей пришла другая игрушка — деревянный пегас. — Ну ты-то надеюсь еще принимаешь игрушки?
Ребенок перестал плакать и с интересом воззрился на темного. События двенадцатилетней давности сплотили семьи правителей, поэтому Аир был нашим другом.
"Анвэйм задумчиво посмотрел ему вслед, и, развернувшись, притянул меня к себе. Я улыбнулась и перебрала светлые волосы мужа руками.
— И о чем думала наша дочь?
— Ты знаешь, что её эмоции для меня такая же загадка, как и твои, — ответил Анвэйм и приподнял ладонью мой подбородок.
— Ваша светлость, вы должно быть запамятовали, мои эмоции для вас не такая уж и загадка.
— Неужели? — хмыкнул мужчина.
— Я вас люблю, — ответила искренне, со всей страстностью. — Люблю.
Анвэйм улыбнулся — широко, счастливо, восхищенно. Наклонившись к моим губам, сорвал быстрый, удивительно упоительный поцелуй. Странно, но почему-то я до сих пор не привыкну к этому — кажется, в голове по-прежнему поселяется туман всякий раз, стоит Анвэйму прикоснуться ко мне. Но я все же нашла в себе силу мягко отстраниться от мужа.