Если и выживали, то были уже безумны.
В психологов я не верил. Вся эта хрень казалось бесполезной. Но я был уверен, что и при худшем раскладе найду способ спасти Ксюшу, восстановить и вытащить даже из такого дерьма. И тогда все будет как раньше. Я смогу заставить ее забыть обо всех мерзостях.
Я прокручивал разные варианты. На автомате. Понимал, что лучше бы сам оказался под пытками, чем ее отдал. Упустил девчонку. Тупо упустил. Я виноват. Больше тут укорять никого нельзя.
Я все положил на то, чтобы спасти Ксюшу.
Но спасать было незачем. Смысл? Она отлично жила под покровительством Самсонова, забеременела от него, родила.
Я понял это практически сразу. Просто увидел ее. Свежую, нежную, абсолютно спокойную. И стало ясно. Жертвы совсем иначе выглядят.
Она была счастлива. Реально счастлива. Без меня.
Забавная ирония.
Я как последний дебил верил в то, что и девчонка ко мне привязалась, прикипела. Но куда там, ни черта подобного.
Самсонов выбрал самый изощренный способ мести. Круто приложил. Мощно.
Она сама этого хотела. Согласилась.
Самсонов отправил мне не видео с изнасилованием, а снимок с УЗИ. Врезало сильно. Перед глазами возникла багровая пелена.
Я тогда много чего разнес в щепки. На ринге дрался так, что ко мне опасались подойти. Бывалых бойцов разбрасывал.
Я просто понимал. Самсонов дал девчонке то, чего никогда бы не сумел дать я сам.
Тогда еще тешил себя надеждой. Думал, он ее запугал, принудил. На какой-то момент отпустило, не полностью, но все же. Я же знал, что раз девчонка забеременела, то в ней должны обходится нормально. Никто не станет калечить беременную. Даже для больного подонка вроде Самсонова это табу.
А после я нашел девчонку и понял, насколько сильно ошибся.
Идиот. Во что только верил? Чего ждал?
Ксюша умела приспособиться к этой жизни. Она бы приняла любой вариант. Мелкая тварь. Ей же плевать.
Сейчас она была одна. Без мужика. Без защиты. Я наблюдал за ней совсем недолго. Сперва думал неделю выдержу, но нет, куда там. Сорвался по сути в первый день.
Я собрал материал, потом лично выехал и сразу же ее настиг, поймал под квартирой. Тут надо было видеть ее глаза. Шок. Страх. Ужас. Она бы мечтала исчезнуть, на месте раствориться, только бы больше никогда меня не увидеть.