Поэтому сразу после того, как процесс завершился, расплылся в довольной улыбке и… чудом не воткнул левый прямой, усиленный электрошоком, в подбородок Уфимцевой, радостно бросившейся мне на шею на выходе из рывка!
Желание… хм… объяснить девчонке ее неправоту умерло при первом же взгляде в ее сияющие глаза. А через пару мгновений Света выдала монолог, заставивший меня рассмеяться, и, тем самым, окончательно вымела из сознания весь негатив:
— Черт, я только что поняла, что бить Гришку Синицина было нельзя. Ведь я обязана ему по гроб жизни за то, что в тот день оказалась в Пятне и встретила вас с Олей!
— Ну да: бедняга сводил нас, регулярно рискуя жизнью! В тот день был готов убиться об медведя-«восьмерку», лишь бы найти тебе друга и подругу; в ресторане «Гетман» не побоялся завраться в присутствии глав нескольких родов, чтобы у меня появилась убедительная причина позвонить твоему батюшке…
— … а в Академии упал в моих глазах, чтобы как следует оттенить твой характер?
— Наверное… — усмехнулся я и внезапно увидел все вышеперечисленное под другим углом: — А если серьезно, то мы сошлись благодаря твоему отцу: это он помешал Синицину допрыгаться до ответной атаки, он не позволил меня оговорить и посадить, он купил тебе коттедж, привез на встречу с нами и так далее.
Света на миг ушла в себя и криво усмехнулась:
— Я об этом уже думала. И обязательно воздам папе добром за добро. Но его главная слабость — привычка подчиняться деду и ставить во главу угла интересы рода, а не его отдельных представителей — никуда не делась.
Она опять открывала душу, делясь самым наболевшим, и я без какого-либо внутреннего сопротивления ласково погладил этого большого ребенка по голове. А потом захотел порадовать:
— Зарегистрируемся в Стрежевом. И там же откроем счет. Чтобы было куда перечислять твою долю от стоимости ядер, добытых в этом рейде. Кроме того, почти уверен, что пробью статус Поставщика Двора Его Императорского Величества и тебе.