– Я уже сказала, что слишком сильно уважаю себя, чтобы позволять прикасаться ко мне тому, кто трогает все. Иди к той девушке, – повторила. – Ты с ней отлично проводил время, так продолжай, а я уже сожалею, о каждом мгновении проведенным с тобой.
Райт оскалился и сделал шаг в мою сторону. Поднял руку и, кажется, опять хотел взять меня за запястье, но в этот момент Лиам опять, одним движением, поставил меня за свою спину.
Райт остановился. Посмотрел на меня, а потом на Лиама и сейчас в его глазах виднелось то, от чего душу рвало на часть и по телу скользил сковывающий холод.
Матс опять посмотрел на меня. Улыбнулся и, клянусь, это была самая жуткая улыбка, которую я когда–либо видела.
– Так вот почему ты постоянно смотрела на него, – Райт смотрел мне в глаза.
Я поджала губы, не понимала, как Матс мог заметить, что я смотрела на Лиама. Я всегда делала это тайно, а, когда Райт был рядом, вовсе не смотрела на папу.
– Думаю, и ты забираешь ее от меня не просто так, – взгляд Райта стал еще более диким.
– Если бы влюбился, сказал бы тебе это прямо, – Лиам все так же был спокоен, но я чувствовала, что в нем было нечто еще. То, что пугало.
– Тогда какого черта ты делаешь?
– Если она хочет уйти, значит, пусть идет.
В воздухе повисло то напряжение, которое громоздкими молотами било по сознанию и энергетика альф начала бить по воздуху. По стенам пошли трещины и мне самой стало страшно.
– Хватит, – сказала, но почему–то опять ладонью сжала кофту Лиама. – Нет смысла в том, что сейчас происходит. Между мной и ним ничего нет. Я просто хочу уйти и я это сделаю. А ты переспи с той девушкой. Я очень надеюсь, что у вас все получится и связь окончательно оборвется.
Несколько невыносимо долгих секунд Райт молчал и это время, казалось, превратилось в вечность.
– Так сильно хочешь уйти?
– Да, – ответила, не раздумывая ни мгновения.
– Люблю? Тебя? Нет. Но, думал, может, ты останешься и отсосешь? Ты паршиво берешь в рот, но губы у тебя ничего. Еще неплохо раздвигаешь ноги, но до хорошей шлюхи недотягиваешь.
В этот момент Лиам в одной руке сжал толстовку Райта, а второй замахнулся и ударил в скулу так, что это действие ужасало силой.