Тело и прошлая жизнь настоящей Евы из этого мира потихоньку стали восприниматься как свои, но они не стали родными, если так можно выразится. Просто не чужие, но в то же время и не ставшие собственными. И если к внешности и телу ты постепенно привыкаешь и даже начинаешь себя с ними ассоциировать, то вот с чужими воспоминаниями и знакомыми лишь по памяти прошлой хозяйки людьми процесс сближения происходит иначе.
— Это…из-за меня? Из-за того, что он принудил тебя к этому браку?
Качаю головой.
Глен продолжает испытывать передо мной вину.
"— На то есть свои причины. И Глен, ты ни в чем не виноват. Мне не нравится, что ты постоянно хочешь брать на себя ответственность, даже в тех случаях, когда делать это совершенно не за что и бесполезно.
Вряд ли отец Евы заподозрит подмену в своей дочери. Они никогда не были особенно близки. Мужчина воспитывал ребенка в строгости, но лично сам в этом воспитании участия не проявлял, перекладывая заботы на учителей и гувернанток.
Большие руки обнимают меня со спины и притягивают к себе. Глубоко вдыхаю ставший таким родным запах и прикрываю глаза. Так спокойно. Так комфортно и безопасно, словно я в самой защищенной во всем мире крепости.
— Как дела? — приглушенным томным голосом спрашивает Глен, отчего у меня по рукам пробегаются мурашки.
— Вполне неплохо. Эван готовится начинать стройку. Генри заходил вчера, хвастался своими работами.
Муж тихонько посмеивается.
— Значит, даже не выходя за пределы поместья моя трудолюбивая герцогиня работает не покладая рук. Какой же я везунчик!
— Еще бы! Кот в мешке оказался сокровищем. Но и ты тоже не промах. Рыбак рыбака, как говорится.
— Где говорится? У вас в северных землях?
Я прикусываю губу. Так и прокалываются шпионы на всяких мелочах.
— …Ага.