Мэри, не отвечая, продолжала смотреть на виконта Гудрича. Итак, он собирается стать ее мужем. Она должна будет узнать о нем все – узнать его манеры, его привычки так же хорошо, как свои собственные; она должна будет жить с ним в постоянной близости, как когда-то жила с Лоуренсом. Умом Мэри чувствовала удовлетворение, даже радость. Это будет удачный брак, именно такой, о каком она мечтала уже несколько лет и какого у нее никогда не могло бы быть с Маркусом.
– Что скажете? – Обеими руками виконт сжал ее руку. – Вы окажете мне честь, леди Монингтон?
«Он был любителем чтения… Его главным желанием было изучить богословие… Он совсем не знал жизни.
– Я… я не знаю, – в полной растерянности ответила Мэри, но она знала, точно знала, что хочет выйти замуж; она хотела стать женой, хотела иметь детей.
– Ах! – Он сжал ей руку. – Я слишком быстро требую ответа. Вам нужно время подумать.
– Да. – Она благодарно улыбнулась виконту. Ей нужно было время, чтобы выбросить из головы тот странный и незнакомый образ лорда Эдмонда Уэйта, который был создан его тетей. – Немного времени, если не возражаете, милорд.
– Я могу подождать, леди Монингтон, если вы заверите, что у меня есть надежда. Вы разрешите мне называть вас просто по имени?
– Конечно, – чуть склонившись в его сторону, Мэри поняла, что делает это специально, чтобы прогнать прочь все лишние видения и убедить себя, что лорд Эдмонд для нее ничего не значит, – называйте меня Мэри.
– Мэри. – Выпустив ее руку, виконт Гудрич обнял ее и, наклонив голову, поцеловал.
Это не был горячий поцелуй, виконт даже не сделал попытки ни приоткрыть ей рот, ни привлечь ее к себе. Мэри же хотелось, чтобы виконт прижал ее к себе, чтобы она своим телом почувствовала его тело, почувствовала его губы на своих губах, ей безумно хотелось вернуть те ощущения, которые она испытала с лордом Эдмондом.
Глупое желание! Она не могла испытывать одно и то же с каждым мужчиной.