– Идем, раз ожидает.
Гонцом оказался достаточно взрослый кавалергард.
– Вам пакет, ваше императорское высочество.
Письмо было от Павла. В принципе, я догадывался, что там написано. Точную дату смерти Екатерины я не помнил, но ожидал ее в ближайшее время. Павел в своей странной манере сообщал о смерти матери и приказывал срочно явиться в столицу.
– Приношу вам свои соболезнования, – произнес гонец.
– Спасибо, братец. За службу и что так спешил. Дугин, – обратился я к Петру, – гонца накормить, напоить и спать уложить.
– Есть.
Ну что? Началось. Теперь придется вести себя максимально осторожно. Павел такой человек, что и собственного сына может отправить в ссылку. И законопатит в такую дыру, по сравнению с которой Новгород покажется южным и теплым городом. С другой стороны, расклады в российской политике поменяются кардинально, и мне надо заявить о себе как о фигуре.
Торопиться не буду и форсировать события тоже, но и отсиживаться – это не мой путь. Я уже подготовил достаточно много предложений по изменениям в армии.
Проблема в том, что у Павла было свое специфическое мнение. И вместо контроля за осуществлением нужных указов и реформ, он занимался откровенной дуростью.
Придется вступать с ним в определенную конфронтацию. Надеюсь, что Павел не так безнадежен, как оказался в моей истории. Тем более что Екатерина сделала за него огромный объем работы, взяв на себя ответственность за весьма революционные указы.
Глава 12
19 ноября – 30 ноября 1796 года, Российская
империя, Санкт-Петербург
1"
"Как и планировали, выехали рано утром. Накануне заскочил к фон Миллеру, подполковник выразил соболезнования и подтвердил мой отпуск. Темп держали такой, чтобы не загнать коней. Ближе к почтовой станции вперед выдвигался лакей, чтобы предупредить о смене непарнокопытного транспорта и организации перекуса. Хорошо, что скакали с заводными: не на каждой станции было нужное количество лошадей, хотя нас было только трое.
Погода для поездки приемлемая, сильные морозы еще не ударили, и снега тоже в меру. Кони шли легко, обгоняли редкие телеги и кареты. С детства любил путешествия и поездки, есть в этом что-то сакральное. Лошадь – это не автомобиль или поезд, но все равно нравилось мне скакать по зимней дороге. Заодно обдумывал сложившуюся ситуацию. На ближайшие дни особых планов строить не стал.