– Отпусти меня! Бочка…
– …весит в три раза больше, чем вы сами, и сровняла бы вас с землей! – Филипп все еще слышал отдаленный грохот бочки.
Эти суровые слова прозвучали прямо над правым ухом Антонии. В ужасе она покачала ногами, но не смогла даже коснуться земли, не то что спуститься. Он с легкостью держал ее на весу, прижимая спиной к своей груди. Филипп и пальцем не шевельнул, чтобы выполнить ее приказ. Она всерьез стала раздумывать о том, чтобы попытаться побороться за свою свободу, – и вспыхнула. Она вдруг почувствовала, как ее охватил странный жар, от макушки до пяток пробежалась судорожная сладкая волна.
"Отовсюду сбежались люди, чтобы остановить бочку. Антония безучастно наблюдала, как они развернули ее и покатили к павильонам, где на следующий день будут подавать эль.
И только тогда Филипп наконец опустил ее на землю.
Антония сразу же сделала глубокий вдох. И еще один. После этого развернулась.
Однако Филипп успел первый заговорить:
– У вас ни за что не получилось бы ее остановить.
Антония вздернула нос.
Я и не думала об этом! Я хотела всего лишь ее притормозить, пока не подоспели бы мужчины.
Филипп прищурил глаза и сквозь зубы процедил:
– Она бы впечатала вас в землю!
Антония посмотрела на его неподвижный подбородок и медленно подняла взгляд к его глазам, сжав челюсти.
– В таком случае, – подчеркнуто вежливо произнесла она, цедя слова сквозь зубы, – мне, видимо, следует вас поблагодарить.
– Естественно. Можете поблагодарить меня, присоединившись к моей прогулке верхом.
– Прогулке верхом?
Филипп взял ее за руку. Подняв голову, он осмотрел лужайки:
– Здесь ведь все готово, правда?
Антония судорожно изыскивала повод отказаться, но ничего не придумала.
– Насчет спектакля…
– У Джеффри все под контролем. Не стоит подвергать сомнению его авторитет.
– Я бы ни за что… – горячо начала она.
– Вот и хорошо. Пойдем.
С этими словами они проследовали к ларьку, где Филипп оставил пальто. Он вел девушку, нимало не заботясь о том, что все их видят.
Изумленная Антония моргнула, стараясь освободиться от паутины, в которую неосторожно угодила. Она гневно прищурила глаза:
– Думаю, вы кое о чем забыли, милорд.
Филипп хмуро посмотрел на нее сверху:
– О чем же?
Антония сладко улыбнулась:
Я не могу ехать верхом в этом платье.
Она закрыла свои ушки ладонями, когда он яростно выругался.