Он-то знал, что за демон искушает его; но сейчас именно Рутвен был его хозяином, и он не позволит ему превратить свою жизнь в ад.
Когда он наконец оторвался от ее губ, для него было огромным наслаждением наблюдать, как постепенно открываются ее затуманенные глаза.
– Ox! – Антония моргнула и попробовала успокоиться, мягко отстраняясь от Филиппа, но только ощутила его крепкие руки на своей талии.
– Пока рано. – Подстрекаемый своим демоном, Филипп снова наклонил голову и, прежде чем Антония успела перевести дух, сорвал еще один поцелуй, а после – еще один.
– Филипп! – простонала Антония; на этот раз ей удалось высвободиться из его объятий.
Филипп неохотно выпустил ее, но удержал за руку.
– Вы моя. – Его захлестнули собственнические чувства; с трудом он обуздал их, не заметив, что его голос стал заметно глубже, а в глазах зажегся темный огонек. Он поднес ее руку к губам и поцеловал кончики ее пальцев. Затем перевернул ее руку и поцеловал теплую дрожащую ладонь.
По телу Антонии пробежала дрожь, когда он выпустил ее руку.
Удерживая ее одним лишь взглядом, он в последний раз наклонил голову, едва коснулся ее губ коротким поцелуем."
"– Спите крепко, моя дорогая. В следующий раз мы встретимся уже в Лондоне.
Антония отошла, глаза ее чуть расширились. Она наклонила голову и медленно отвернулась. Он спокойно смотрел, как она уходит в дом, чтобы провести ночь под его крышей.
На губах Филиппа блуждала легкая загадочная улыбка, когда он снова повернулся, чтобы бросить взгляд на лужайки. Через мгновение он недовольно поморщился и спустился по ступеням террасы. Засунул руки в карманы и растворился в ночи.
Глава 7
– Вам письмо, милорд. Доставлено из поместья.
Сидевший в библиотеке в своем кресле с высокой спинкой, Филипп жестом пригласил Карринга, дворецкого, подойти поближе. День он провел в городе, зашел в клуб, потом на часок-другой заглянул к Ментону.