Вы поели и ушли, оставив на столе кучу предметов, с которых можно получить ДНК: фужеры, столовые приборы, использованные бумажные салфетки… Она просто взяла соломинку, через которую вы пили воду, и отдала ее в лабораторию."
"– Внимание на экран, – попросил я, – на нем представлен бланк, в котором указано, что Стелла с вероятностью девяносто девять процентов дочь мужчины, который использовал эту трубочку.
– Бред, бред, бред, – твердил Загорский. – Кстати! Откуда у вас этот документ?
– Рукописи не горят, – усмехнулся Гриша, – некоторые бумаги не исчезают.
– Ответим на ваш вопрос чуть позднее, – пообещал я.
– Предположим на секунду, что девчонка моя дочь. Только на мгновение, – прошипел Загорский, – объясните тогда: коим образом у двух белых людей появилась на свет китаянка?
– Максим Петрович, – с укоризной произнес Никита, – вы сейчас демонстрируете отменные актерские качества, но ведь знаете эту историю лучше нас.
– Чушь, чушь, чушь, – бубнил Загорский.
Я щелкнул пультом.
– Вот свидетельство о смерти трехмесячного младенца Максима Загорского. Ребенок скончался вследствие генетического заболевания, которое возникает, если между мужем и женой есть близкое родство. Похоже, до того момента, как Тел прислала господину Загорскому собранный ею материал, вы понятия не имели, что…
– Ваши отец и мать – двоюродные брат и сестра, – перебил Никита. – Наверное, врачи предупреждали пару, что в их случае вероятность появлении на свет нежизнеспособного ребенка очень высока, но они решили рискнуть.
– Что-то я не понимаю, – жалобно сказала Наташа.
Я подошел к стеклянной доске и взял фломастер.
– Отец господина Загорского, Петр Владимирович, родился у Владимира Загорского и Ольги Воронцовой.