Видения прекратились, и я, тяжело дыша, распахнула глаза, встречаясь с пышущими злобой взорами.
«Что происходит?!»
Этот вопрос так и просился сорваться с моего языка, но я молчала, предупреждающе щурясь.
— Ты пожалеешь, что посмела поднять руку на мою дочь! — выплюнула тётка.
— Папенька! — всхлипнула девица, когда из дома вышел щуплый мужчина в костюме стиля средневековья с моноклем на глазу. — Санса ударила меня, папенька! — ткнула она в мою сторону указательным пальцем.
«Я? Но… я не Санса… — задержала дыхание.
"— Санса! — рявкнул мужчина, жидкая бороденка которого смотрелась омерзительно. Он глядел на меня. — Живо в дом! И только посмей ослушаться! Пожалеешь!..
Глава 4. Теперь я сама по себе
Вика— Не слышала, что тебе сказали?! — вякала Киора, имя которой я узнала из странного видения.
Головная боль сохранялась, но это не помешало мне бросить на неё убийственный взгляд, после которого идиотка прикусила свой чрезмерно длинный язык.
— Пошла! Живо! — зашипела тётка.
Меня испепеляли три пары глаз, от которых веяло нешуточной угрозой, но я так и продолжала упрямо стоять на месте.
Интуитивно чувствовала, что в дом идти нельзя. Меня намеренно хотели заманить туда, где будет меньше наблюдателей.
Видимо, не выдержав моего нежелания подчиняться, жидкобородый, что назвал меня Сансой, гневно скривился, а затем шагнул вперёд.
— Свалилась идиотка на мою голову! — резко схватив меня за запястье, грубо дернул на себя.
Наверное, он думал, что я беспрекословно последую за ним, но не тут-то было.
Стремительно вырвав свою конечность из, должна заметить, слабенького захвата, я сделала шаг назад.
— Что?! — угрожающе прищурился жидкобородый, в своём излишне приталенном костюме напоминая пингвина.
— Папенька! — пискнула Киора. — Выпори её! Санса совсем ополоумела!
Хаотично оглядела свою одежду и длинные серебряные локоны.
«Я? Это правда я?!»
Посильнее ущипнула себя за щёку.
На глазах выступили слезы.
«Это не сон!»
— Что вам от меня надо?!
— Не прикидывайся! — зашипела тётка. — Тебе сказано, иди в…
— Кто вы такие?! — повысила я голос, сжимая пальцы в кулаки.
И вновь, словно отвечая на мои вопросы, отголосками пришли ответы. Я — Санса, а напротив — мои дядя, тётя и двоюродная сестра…
— Дура, да?! — закричала Киора. — Мы — твоя семья! А ты — плебейка, сидящая у нас на шее все эти годы!
— Семья? — прохрипела в ответ, не зная, плакать или смеяться.