— Меня больше не интересуют твои танцы, Алиса, — Амиран резко отпускает меня."
"Делает пару шагов назад, вновь встряхивая головой, словно пытаясь очнуться. Надеюсь, таким образом прогоняет алкогольного демона, что буквально дышит ему в спину.
Смело иду вперед, огибаю барную стойку и неумолимо наступаю на него с зажатым в руке осколком, до тех пор, пока Амиран не натыкается на кресло и не падает прямо в него. Не растерявшись, эмир вальяжно опускает кисти рук на подлокотники. С силой сжимает их, широко расставляя ноги, занимая расслабленно-царское положение.
— Врешь, Амиран, — утверждаю я. — Зачем? — кончиком языка пройдясь по нижней губе, задерживаю на напряженном прессе и широкой груди Амирана свой голодный взгляд.
Тигрица загнала льва в клетку. Как тебе такое, царь зверей? Готов сдаться или поиграем еще?
— Ответь сама — зачем? — поджав губы, он сверлит меня горящим взглядом. — Тебе не стоило приезжать. Это безумие, Алиса. В тебе нет ни капли здравого смысла.
— Для тебя это откровение? — спрашиваю с вызовом.
— Нет, я давно не жду от тебя взвешенных решений.
К черту все.
Я не нуждаюсь в приглашении, чтобы оседлать своего мужа.
Что я и демонстрирую Амирану, бесцеремонно и откровенно забираясь на его бедра сверху. Теперь они находятся между моих разведенных коленей. Иллюзия того, что я фактически уложила его на лопатки, слегка кружит голову.
— Ты ждешь, Мир, — тихо замечаю я, едва ли не забыв про осколок в руке и слегка царапнув им Амирана.
— Ты угомонишься или нет, женщина? — хрипло интересуется Амиран, немного путая произношение английских букв.
— Я спокойна, — скидываю осколок на пол от греха подальше и возвращаю все свое внимание к Миру. — Кроме тех минут, когда думаю о том, чем ты все это время занимался с другой…. Четыре месяца, Амиран. Ты понимаешь, какая это адская пытка? — признаюсь я, провоцируя его на эмоции.
Я почувствую правду, любую, какой бы она ни была.
— Алиса, — рваный вдох выдает его с головой.
Он понимает. Ад и пепел…
Зачем?
Мой упрямец. Так кто из нас безумец на самом деле?
Сердце срывается на дикий галоп, когда я снова слышу вылетевшее из его уст имя.
— Я здесь, Амиран, твоя. Всегда, — льну к мужу всем телом. Провожу языком по треугольнику между ключиц, скольжу по выраженной и вздувшейся вене на шее.