Снаружи это оказалось достаточно старое и неуклюжее двухэтажное строение с маленькими тесными комнатками.
Похоже, особнячок долгое время был заброшен, так как небольшое количество мебели в моей комнате, самой светлой в доме, а также частично меблированная столовая казались чужими в этом здании. Остальные комнаты содержали в себе только покрытую пыльными чехлами мебель и паутину по углам.
С крыльца сходить мне Берта не дозволила, строго наблюдая за моим поведением. Все, что мне удалось рассмотреть: здесь ранняя весна, деревья вполне похожи на земные.
Глава 2
Сведения о мире я собирала очень медленно и осторожно, поэтому моя “добыча” за эти несколько дней была достаточно скромной.
- Здесь у нас, в Тауберге, молоко и сливки добрые, конечно. Но колбасами местным со столичными не сравняться! А после воскресенья господин баронет обещался приехать. А он и поесть любит, и попить – сами, маленькая госпожа, знаете.
Я покорно кивала головой, подтверждая, что да, знаю. Но прекрасно понимала, что любой серьезный разговор выдаст во мне чужачку.
Какие-то крохи сведений я вытянула из молчаливой горничной. Но больше всего, конечно, мне «помогала» сиделка, бесконечно вяжущая длинный чулок и рассказывающая о своей семье и собственных детях. Это давало хоть какое-то представление о местном быте и нравах. И больше всего мне не нравилось то, что свой заработок Берта отдавала мужу: сапожнику, который по “слабости здоровья” не работал уже несколько лет и пил на деньги жены.
- Что греха таить, конечно, утаиваю! Когда дочке помогу, когда сыну денежку суну. У них-то ребятни у каждого – полное лукошко. Эх, была бы я вдова в своем праве!.. – мечтательно вздыхала она – Или бы он мне лизенс подписал, – сиделка расстроено махнула рукой и замолчала.
- Лизенс? Что это такое?
- Вам, маленькая госпожа, такое не понадобится никогда, – грустно ответила Берта.