Прислушиваюсь к себе и снова не нахожу ни одной из тех мерзких эмоций, что преследовали меня, когда нас представляли кому-то из мужчин моей планеты.
— Твой запах, Лу. Я дышу тобой, — переходит на шёпот, — Кажется, если перестану чувствовать его, то… то не смогу дышать.
Его откровение острой волной прокатывается вдоль позвоночника. Сбивает дыхание. Будоражит, как будоражат мысли о потаённых желаниях, о чём-то дерзком и невозможном.
Тянусь к шее губами. Едва касаюсь гладкой тёплой кожи.
Нэйт шумно вдыхает и немного запрокидывает голову. Доверчиво подставляет шею. Сжимает зубы…
Придвигаюсь чуть ближе, почти касаюсь его ноги своим бедром, отчего сердце начинает колотиться ещё сильнее. Поднимаю руку и подрагивающими пальцами провожу по чётко очерченным губам. Замираю в нерешительности…
Хочу ли я знать, что скрывают тёмные воды лесного озера?
— Нэйт…
Он не отвечает, но наклоняет голову ниже, так, что теперь его лицо оказывается достаточно близко.
Вслушиваюсь в хриплое дыхание.
Горячие ладони осторожно ложатся на мою талию и мягко сжимают.
По сильному телу пробегает лёгкая дрожь. Из его груди вырывается рычание. Одна рука резко порывисто перемещается на мою спину и вжимает меня в твёрдую широкую грудь, другая фиксирует голову. На фоне чётко очерченных губ выдвигаются острые клыки.
Глава 19. Внутренняя суть
Лу
Вскрикиваю от неожиданности и ударяю разрядом клейма.
Ощущение хватки моментально пропадает, а тело Нэйта выгибается дугой, выбивая из груди сдавленный стон.
Нэйт судорожно снимает с себя маску. Тяжело дышит и моргает, словно сам пытается осознать случившееся.
— Прости… — сипит, — Лу, прости.
— Что это было? — стою в нескольких шагах и пытаюсь прийти в себя.
Глупая Лу, во что ты влезла?
— Внутренняя суть пытается выйти из-под контроля, — Нэйт тяжело дышит и с тревогой всматривается в моё лицо.
— Это… особенность твоей расы? — вспоминаю, как у хвостатой из общей каюты вытягивались острые когти и как легко она вспарывала ими плед… и плоть.
— Да. Я сильно напугал тебя?
Да… нет… всё произошло слишком быстро.
Пожимаю плечами, потому что не считаю себя пугливой.