Такие простые слова… А ведь это рассказ о разрыве настолько полном, что контакт осуществляется через адвокатов. Они стали чужими. Это трудно назвать семьей.
— Что твои адвокаты сказали твоему отцу обо мне и Колби? О наших отношениях?
— Отношениях? — Темные глаза Тони смотрели на нее.
Какой же он обаятельный!
Сердце забилось так громко и гулко, что Шеннон перестала слышать гул моторов.
— Тони… — позвала она еще раз.
— Я сообщил, что у нас с тобой связь. Что ты вдова и у тебя есть сын.
Одно дело — спать с ним, и совершенно другое — объявить его семье, что у них роман.
— Почему ты не скажешь отцу правду? Ведь мы с тобой расстались, но пресса этому не верит.
— Кто сказал, что это правда? Еще неделю назад мы спали вместе. Мне кажется даже, что прошло меньше времени, потому что, готов поклясться, моя кожа все еще хранит твой запах. — Тони наклонился и погладил ее запястье.
Ее пальцы сжались, потому что тепло его прикосновения распространилось по телу.
— Но в прошлые выходные…
— Шенни, — он дотронулся пальцами до ее губ, — мы поссорились, это верно. Но когда я нахожусь с тобой в одной комнате, мои руки инстинктивно тянутся к тебе.
Сердце женщины билось так сильно, что она не смогла бы ответить, даже если бы попыталась. Да она и не пыталась — так потрясли Шеннон его слова. И в каждом слове звучало желание.
— Меня тянет к тебе постоянно, и не важно, занимаюсь я с тобой любовью или слушаю твой голос, сидя в другом конце комнаты.
Шеннон взглянула туда, где стоял телевизор — удостовериться, что ее сына и стюарда интересует только «Дисней», и прошептала:
— Потому что ты заканчиваешь работу?
— Ответ тебе известен. Один звук твоего голоса на другом конце линии сводит меня…
— Пожалуйста, перестань. — Она прижала пальцы к его губам. — Ты делаешь больно нам обоим.
Тони поцеловал ее пальцы, потом взял за руку:"
"— Конечно, у нас есть проблемы, и ты имеешь право сердиться.
Шеннон готова была произнести роковую фразу, которая оборвала бы последнюю ниточку, связывающую их. Она честно хотела сказать Тони, что все кончено, но не смогла произнести ни слова.
— Мы уже почти там, — заметил он.