— Она пошла вперед по кромке воды, раздумывая по пути, как совместить импульсивное желание быть с Тони с требованием разума держаться от него подальше.
Тони зашлепал по воде следом за Шеннон и подхватил ее на руки. Она не возражала.
Почувствовав тепло его плеча, ровное биение его сердца, она невольно обняла Тони за шею.
— Тебе хорошо? — спросил он.
— Да. — Ее пальцы играли его волосами. — Ты всегда задаешь этот вопрос, слушаем ли мы оперу или гуляем по берегу океана."
"— Ты заслуживаешь того, чтобы получать массу удовольствий от жизни.
— А ты знаешь мое мнение по этому вопросу. — Она обхватила ладонями его лицо. — Все это — твоя помощь, поездка сюда, одежда, игрушки — уже намного превосходит то, что я могу спокойно принять.
Она должна четко объяснить свою позицию, прежде чем опять подпустить его к себе.
Тони опустил ее на песок:
— Нам пора возвращаться.
В лучах заходящего солнца вожделение ясно было видно в его глазах.
Ее губы горят, грудь ноет, а он опять уходит, несмотря на то что постоянно говорит о том, как желает ее.
Она решительно не понимала этого человека.
Прошло пять дней.
Шеннон сидела на нижней ступеньке лестницы и следила за тем, как ее малыш катается по берегу в миниатюрном джипе. Оба пса бежали рядом с ним. Впервые за несколько дней она была предоставлена самой себе. За ней еще никогда так не ухаживали.
Возможно, ее пребывание на острове подходит к концу?
Шеннон пила свежеприготовленный лимонад, хотя этот восхитительный напиток вряд ли заслуживал такого примитивного названия, и наслаждалась его тонким вкусом. Напряжение постепенно оставляло ее. Заботы и тревоги казались очень далекими.
И всем этим она обязана Тони! Шеннон не представляла, что на острове можно найти столько интересных занятий. Хотя, конечно, Энрике Медина не жалел денег на обустройство своего миниатюрного королевства.
Кинозал с самыми новыми фильмами.
Три столовых для обедов разной степени торжественности.
Комната отдыха, гимнастический зал, открытый и закрытый бассейны.
У нее в ушах все еще звучали восторженные крики Колби по поводу визита в конюшню к лошадям и пони.
И все это время Тони был рядом и воспламенял женщину легкими прикосновениями, а его черные глаза постоянно напоминали ей, что следующий ход — ее.