Обхватываю Диму ногами, пытаюсь перевернуть, но вместо этого лишь еще сильнее сближаю нас. Его твердый член оказывается прямо между моих ног. И я замираю.
Наше дыхание смешивается: мое — быстрое, поверхностное, а его — спокойное и тяжелое.
Мои попытки избавиться от него не повлияли даже на его дыхание. Что уж говорить об остальном?
— Сегодня я хочу тебя, — еле слышно произносит он, а я теряю дар речи.
Только открываю рот, но оттуда ничего не вылетает. Даже забываю пошевелиться, когда Дима перехватывает мои запястья одной рукой, а второй — пробирается между нами и пытается расстегнуть пуговицу на моих джинсах.
О боже!
— Нет! Не прикасайся, — я пытаюсь сдвинуться, но не могу. Он все еще дприжимает меня к кровати, оставив между нами лишь небольшой просвет для своей руки.
— Дима, прекрати! Что ты делаешь?
Голос срывается, когда пуговица расстегивается.
— Дима! — я пытаюсь извиваться, но бесполезно.
Он — скала. Мне не сдвинуться. Его сила становится для меня проклятьем. Хотя раньше я ею восхищалась. Чувствовала себя защищенной.
Думала, что такой сильный мужчина принадлежит мне.
Но, когда звук расстегнутой ширинки разноситься в тишине комнаты, все уходит на второй план. Остается лишь одно желание — выбраться.
Я не могу быть с ним. Не после других. Больше не могу…
Тяну руки на себя, причиняя себе жгучую боль. Отталкиваюсь пятками от кровати, пытаясь повернуться. Выгибаюсь, надеясь, что смогу сбросить его с себя. Но мое сопротивление дает ему лишь больше возможностей для маневра.
Он стаскивает с меня джинсы вместе с трусиками и опускает их середины бедер, тем самым блокируя мои движения. Но не продолжает. Не пытается меня раздеть полностью. Не двигается. Лишь снова ловит мой взгляд и тяжело дышит.
— Дима… — шепот смешивается с глубоким дыханием.
Кажется, его глаза потемнели еще сильнее, когда он начинает пробираться под мою футболку. Медленно, очень медленно поднимает, пока не обнажает кожу и белый лифчик.
— Не надо, — я задерживаю дыхание, когда он стаскивает чашки лифчика вниз.
— Ты сказала, что я тебя не знаю, — Дима с каждым словом еле касается губами моих губ. — Ты даже не представляешь, как ошибаешься.
Он двумя пальцами сжимает мой сосок, а из меня вырывается всхлип. Не боли. Нет. По телу проносится волна тепла. А Дима проводит языком по моим губам.
Я пытаюсь отвернуться, но он ловит мою нижнюю губу зубами. Несильно сжимает, но достаточно, чтобы легкая боль пронеслась еще одной волной по телу.