Вот и сейчас он посмотрел в ее глаза и почувствовал, как по спине змейками скатились ручейки пота, а в горле пересохло как от жажды. Ее волосы развевались на ветру, а нежная кожа сияла в лучах зимнего солнца. Она такая же шелковистая на ощупь, как он помнил? Ее губы все такие же сладкие? Его пальцы дрогнули от неумолимого желания коснуться ее волос, зарыться в них как когда-то, всей пятерней. Он даже сжал их в кулак, чтобы удержаться. Но молодая женщина окатила его таким ледяным холодом, что его сердце, едва оттаяв, вновь замерзло.
«Бывшую, Асланов, бывшую, не забывай об этом, она чужая - не твоя» - Андрей поморщился и вновь закурил сигарету. Вспомнил, как, приехав в город, сразу заехал туда, где раньше жили. Знакомые шестнадцатиэтажки встретили его серой и тоскливой ностальгией. Расспросил соседей - не удержался. Квартиру продала, съехала три года назад.
Только одно он понял ясно - не забыл. Увидел - и хаос ворвался в душу. Разнес все на куски. Стер в пыль былое спокойное. Бред какой-то, столько лет прошло. Между ними все давно кончилось, он не простит ее никогда. То, что разбилось, уже не склеить, не забыть измены и предательства.
"Асланов закрыл глаза - вновь ее лицо видит: красивое, ослепительное и такое родное. Пальцы начали зудеть от желания прикоснуться, по губам провести, к себе притянуть за затылок и сожрать ее дыхание. Член болезненно дернулся в штанах. Бляяядь! Он все еще дико ее хотел. Вот так от одного взгляда распалялся. Нет – чужое у нее лицо. Блядское и чужое. Он вспомнил, как с остервенением бил Корецкого, до боли в руках, сбивая костяшки до мяса. Молча наносил профессиональные удары в превратившееся в сплошной синяк лицо.