- Промямлил Косой.
Владимир достал портмоне, отсчитал купюры и швырнул на пол.
- Возьмите и свалите отсюда.
- Она еще за коммунальные задолжала. У нее свет скоро отключат, -
простонал Иван, зажав перебитую переносицу.
Коршун даже не обернулся к нему.
- В договор входят коммунальные услуги? - Спросил у Ники. Она постепенно приходила в себя. Зубы все еще стучат, взгляд застыл. Отрицательно мотнула головой.
- Значит так, вы тут сейчас все уберете, а потом уйдете и чтоб больше я вас здесь никогда не видел. Ни в этом доме, ни на этом районе.
Иван ойкнул, когда его подтащили к Владимиру.
- Починишь завтра телефон, понял? По всем вопросам будешь звонить по этому номеру. К ней никогда, только ко мне. Ясно?
Иван кивнул и взял дрожащими пальцами визитку.
- Узнаю, что обидел - сотру в порошок. Бери бабки и вали отсюда.
Хозяин выскочил в коридор как ошпаренный. Ника в странном оцепенении наблюдала, как бандиты собирают осколки вазы с пола.
«Кто он? Почему эти сволочи его знают? Не просто знают, они его боятся!» - Ника плотнее закуталась в шерстяное пальто. Руки все еще дрожат, пальцы холодные, одеревеневшие. Сердце бьется быстро-быстро, отголоски пережитого ужаса сковывают тело как колючая проволока.
- Мы это... Мы закончили.
- Пине передадите от меня пламенный привет, скажете - теперь этот район мой. Если у него возникнут вопросы - пусть сам меня найдет. Девчонку тронете - зарою живыми.
- Коршун, мы ж не знали, что девка твоя.
Стул на полу, а Владимир уже сжимает толстую шею Косого.
- Не девка, а Вероника Алексеевна, понял?
Тот кивнул, выпучив глаза.
- Повтори, тварь!
Владимир надавил сильнее, бандит захрипел.
- Веро...ни...ка Але… ксе-е... вна-а-а-а.
- Правильно. Извинитесь и можете идти. Извинитесь - я сказал! - Голос Коршуна оставался спокойным, но в нем послышались металлические нотки.
Бандиты подошли к Нике, девушка дернулась назад, вжалась в диван, обхватим себя руками.
- Ты...
- Не ты, а вы, - поправил его Коршун и сел обратно на стул.
- Вы нас извините, Вероника Алексеевна. Попутали мы. Не хотели.