Мы тихо смеемся, но потом Лара обеспокоенно смотрит на меня.
— Я все-таки немного волнуюсь. Ты беременна, а я так поступаю с тобой…
— В смысле? Похищаешь мое место у гуру по личностному росту?"
"— Нет, — она снова мягко улыбается, а я опять вижу на дне ее глаз безграничную печаль, — В такой сложный момент я оставляю на тебя своего сына, который, и я со всей любовью это говорю, иногда бывает…слишком активным.
Я понимаю, о чем она говорит. Наверно, мне бы тоже было немного стыдно, поставь я своих близких в такую ситуацию.
Улыбаюсь, потом притягиваю к себе на этот раз Марка, чтобы обнять его и уверить добрую подругу в том, что я совсем не против его компании.
— Брось, нам будет очень весело. Марк мне не мешает и никогда не мешал.
Она открывает рот, а я уже слышу: да, но раньше с тобой был Ян, которого Марк всегда уважал. Да и мужчине проще справиться с тремя мальчишками, чем женщине.
Но она этого не говорит. Тактично кивает.
— Да, конечно. Будь ему лет восемь, разговор был бы другим…
Нет, не был бы. И мы обе это знаем.
— Ну, что? Пошла.
Лара берет свою сумку для ручной клади, а потом обнимает своего сына и что-то шепчет ему на ухо.
Нет, я никогда не пойму, как мужчины могут так…как они могут быть настолько жестоки к женщине, которая преданно и абсолютно полностью любила их не один год, даже не два, а почти пятнадцать! На тот момент, когда Дмитрий изменил Ларе, их браку было бы пятнадцать лет.
Помню, когда Лара это сказала, она горько ухмыльнулась и прошептала:
«Такое клише…»
Ну, да. Клише…гадкое и мерзкое, но клише, как ни крути.
А потом она расплакалась…очень сильно. Ян встал из-за стола, молча достал стакан и наполнил его своим лучшим виски.