"Чехов книга 3
Ночная гостья
Снаружи лил дождь и раздавались раскаты грома. Молнии освещали пространство и даже плотные шторы не спасали от частых вспышек.
— Крыша вполне может оказаться худой. Того и гляди дом водой зальет, — бурчала Любовь Федоровна, с опаской поглядывая на потолок.
— Осмотрите чердак, чтобы убедиться в этом, — флегматично предложил я, отпивая свежий заваренный чай.
— Сейчас? — глаза женщины расширились. — В грозу?
— В чем сложность? — удивился я. — Или вы можете промокнуть?
Мое предположение было всего лишь шуткой, но хозяйка дома неожиданно разозлилась.
— У тебя совесть есть, Павел Филиппович?
— Что не так? — я вернул чашку на стол и взял из вазочки кусочек яблочной пастилы. — Или призракам запрещено посещать чердак во время дождя?
— Я не только призрак, но и женщина, — напомнила Виноградова и поправила волосы, закрывая рану на лбу.
— Неужели вы боитесь грозы? — предположил я и замер, заметив, как лицо призрачной дамы вытянулось.
— Я боялась, когда была живой, — холодно отозвалась она.
— Уверяю, что удар тока не отправит вас на другую сторону мира.
— Ты не можешь быть в этом уверенным, — фыркнула собеседница и вздрогнула при очередном раскате грома.
— Бросьте, вы ведь взрослый человек…- я запнулся на этой фразе, а Виноградова всплеснула руками.
— Напоминать даме о ее возрасте — верх невоспитанности. Я не собираюсь терпеть подобное отношение.
— Простите, — тотчас повинился я.
— Нет. Не сейчас. Вы должны подумать о своем поведении.
Мне показалось, что Любовь Федоровна искала весомую причину, чтобы покинуть гостиную. И как только та появилась, женщина поднялась на ноги, совершенно по-человечески поправила платье, которое всегда оставалось идеальным, каким и было в момент смерти своей хозяйки. А потом призрак скользнула вниз, исчезнув в полу.
Я понимал, что Виноградова проигнорировала свою комнату и предпочла уйти в подвал, где окажется подальше от грозы.
Между раскатами грома послышался частый стук в дверь. Я нахмурился, считая, что мне показалось. Но все же решил спуститься на первый этаж и убедиться в своей правоте. На середине лестницы я понял, что стук был реальным.
Мне подумалось, что никто с добрыми намерениями не стал бы выходить из своего дома в такую погоду.